Джонни тоже был на смене, когда поступило оповещение о срочно необходимой помощи. Впрочем, у него, да как и у выездных врачей, особо выходных-то и не было. Водителей было не так уж и много, тем более с опытом резвой езды по лютому бездорожью. Так что вызвать могли в любой момент. Но сегодня дома «дежурил» Эрик, так что Джонни мог себе позволить сорваться и поехать на выезд.
Когда увидел, кого снарядили доктором, хохотнул, конечно. Ни один выезд с Майки не заканчивался прямо благополучно. Карма у него была такая, кривая для остальных, но очень удачная для него самого. Хотя сам Джонни ещё ни разу под эту раздачу кармы не попадал, оттого и веселился пока.
С двумя остальными ребятами итальянец толком не общался. Знал их, конечно, сложно не узнать за больше года службы вместе, но как-то без близкой дружбы.
Дорога была и впрямь весёлой. Ни Джонни, ни Майки не затыкались. Они и влюблённых наёмников обсудили, и друг про друга поспрашивали, кто там чего упустил. Работали просто в разных местах, а потом один летел к своему шкафчику квадратному миловидному, другой к детям и мужу, вот и пересекались не так чтобы часто. Надо было навёрстывать упущенное.
— Оп, приехали, — быстро среагировал Джонни, завидев заранее преграждённый путь приличной тушкой динозавра.
Подъезжать ближе итальянец даже не стал. Во-первых, в голове моментально возникли все эти нравоучения от его капрала Алекса. Если есть большой вонючий труп, значит рядом могут ошиваться падальщики. Которые, знаете ли, и живыми мягкими человеками не побрезгуют. Во-вторых, сработала военная привычка — останавливаться нельзя. Искать объездные пути, да и просто думать, что делать, нужно было на ходу.
Так что, только сбросив скорость, Джонни тут же переключился на заднюю. Но, очень даже вероятно, что говнюки, которые забросили труп динозавра на дорогу (об этом итальянец не сразу, конечно, подумал, но через пару секунд это стало яснее ясного), предусмотрели такой вариант событий. Что вряд ли кто-то из военных выйдет из машины, чтобы покурить или попробовать подвинуть тело ящера.
Раздались выстрелы, от хлопков которых о бочину джипа Джонни поморщился, как будто попали в него, а не в машину.
— Вот же бляди, — воскликнул итальянец, добавив немало крепких слов и на другом своём языке, рефлекторно вжимая газ и выкручивая руль.
Искать уже «приличную» дорогу им явно не суждено. Так что Джонни решил разворачиваться напрямки, через заросли, надеясь только не застрять. Но так шансов уйти было куда больше, чем пытаться выворачивать зигзаги задним ходом.
Впрочем, и развернуться было не суждено. С треском рядом рухнуло дерево, шатнув машину — задело край багажника. Вероятно, парни полагали, что джип проедет чуть дальше и не рассчитали, какое из деревьев лучше подпилить. Хотя, может, и наоборот, рассчитали, хитрые черти, всё прекрасно. Потому что при нормальном разгоне дерево бы они перепрыгнули, это ведь не туша динозавра.
— Не-не-не-не-не, — дёрнул передачу Джонни, завидев выскользнувшего из густых зарослей Шестого, с упёртой злобой рванувшего к капоту.
Всё же прошлое у Джонни и Майки было разным, так что первый сразу понял, на черта этот самоубийца ломанул вперёд. Хотели бы взорвать, метнули бы смесь из укрытия. Нет, эти пидары хотели вывести из строя его любимую тачку. Так что Джонни вжал газ, направляя джип прямо на этого камикадзе.
Увы, тот был слишком близко, а внедорожник хоть и набирал скорость быстро, но не с какого-то там метра. Так что парень просто покатался на капоте, вполне себе успев сунуть свою электробомбочку в самое сердце джипа. Машина дёрнулась, проехала ещё по инерции не больше метра, да и встала мёртвым грузом.
— Да чтоб вас говном бронтозавра прибило! — огорчённо воскликнул Джонни.
Выходить он начал, ещё не дождавшись команды Шестых. Ну, а что они тут ещё могут сделать? Стреляющих было куда больше, машина временно вышла из строя, и у Джонни как-то не было времени и возможности нырнуть под капот. Но прежде чем поднять руки, водитель показал тому камикадзе всем известный тысячи лет жест из одного любопытного пальца. Надеялся, что тому хоть рёбра помяло бампером.
Сопротивляться не было смысла, так что Джонни дал себя и связать, и завязать глаза, и повести куда-то. Только усмехнулся на огорчение Майки насчёт обеда. Кто о чём. Джонни вот за тачку переживал. За себя как-то нет. Хотели бы убить, уже убили бы — особенно его, всем же известно, что стрелять нужно по водителю, чтобы машину остановить. Эти целились по колёсам, да просто запугивали.
Пока на затылке завязывали вонючую ленту, Джонни напряжённо замер. Солнце уже немного спускалось с зенита, так что запад был по правую руку от машины. Сам он стоял лицом к машине, а значит… значит его развернули на восток. Нет, на северо-восток, полных сто восемьдесят градусов его стопы не проделали. Ну что же, погнали…
И пока Майки продолжал болтать, раздражая окружающих, Джонни, наоборот, смиренно молчал. Он сосредоточился на шагах и направлении. С этим у него всегда было превосходно, даже в условиях крайне низкой видимости. Пока ещё не знал, зачем, ведь передать информацию о том, где их искать он не мог, но… Во-первых, как-то оно приятнее знать, куда ты идёшь, правда? Во-вторых, кто знает, что будет дальше. Может и пригодится информация.
Шли достаточно долго и не по прямой, разумеется. Обходили и какие-то природные препятствия, да и просто — ну кто поведёт пленных вот просто прямо. Так что, когда Джонни надавили на плечи, призывая сесть, он решил подключить ещё и слуховую память для надёжности.
— Centocinquantadue avanti. Cinquantotto sinistra-avanti. Centodue avanti. Settantuno sinistra, — негромко повторял он, очень даже хорошо пользуясь тем, что ну вот крайне вряд ли, что среди небольшого числа Шестых окажется кто-то, знающий умерший давно язык. Только малюсенькие когорты ещё передавали его по поколениям.
Джонни специально притом не стал использовать слов «восток» или «север». Они были одинаковыми, как на итальянском, так и на английском. Пришлось менять на «прямо», «направо», «правее прямого» и всё в таком духе.
— Что ты там бормочешь? — раздражённо проговорил один из Шестых.
— Молится, — моментально отреагировал Майки, хотя сам вот понятия не имел тоже, чего там повторяет этот итальянец.
Но это монотонное бормотание действительно было похоже на молитву. Спасибо Майки за сообразительность. Итальянский, блин, католик.

Честно говоря, Джеймс каждый раз немного, да волновался, когда Майки отправлялся за периметр без его пригляда. Да и с ним-то было тревожно. Каждый ведь, сука, раз что-то, да происходило. И Майки вёл себя так, что добавлял седых волос Уинфреду. Вот вроде бы это больше Майки походил на роль «жены солдата», но выходило как-то наоборот.
Впрочем, в этот раз Джеймс пребывал в сладком неведении. Майки был на работе, на его коммуникатор ничего не приходило, так что занимался он своими делами, планируя вечером, как обычно забрать своего доктора со смены. Вышло иначе.
Когда оповещение загорелось на экране коммуникатора, внешне Уинфред, как и всегда, остался поразительно спокоен. Но внутри пиздец как начал переживать. Почему-то не верилось, что это просто какой-то сбой и маячок перестал работать вместе с рацией. Наверняка что-то случилось. Причём Джеймс как-то сразу подумал про человеческий фактор. Всё же динозавры, которые могли раздавить машину и не поморщиться, были достаточно большими, чтобы их можно было заметить задолго до нападения.
— Только попробуй сдохнуть, маленький засранец, — буркнул под нос Джеймс, по-солдатски резво наряжаясь во всю экипировку.
У ворот собралось немало наёмников. Майки и правда запал в душу многим этим внешне нелюдимым ребятам. Забавно, что никто и не знал, кто был в машине помимо Майки. Но всем стало достаточно, что их мелкого доктора кто-то обидел.
Грант-старший тут же начал раздавать указания. Джеймс слушал внимательно, хотя мыслями нет-нет, да уходил в какие-то тревожные дали. Встрепенулся только, когда Энди решил назначить его главным в группе по следу.
— Я не могу, — пробасил он. — Я буду творить хуйню.
Не по уставу, зато честно. Джеймс и правда не очень-то хотел быть главненьким в такой ситуации, у него, чёрт возьми, был личный «интерес». Если дело касалось Шестых, Джеймс понимал, что ему голову из-за Майки может знатно повести. Пойдёт танком напролом, подставляя всех, кто поплетётся за ним. Нужен был кто-то непредвзятый…
— А придётся, — отрезал Грант и продолжил отдавать указания.
И вот, знаете, хоть Джеймс и не был полноценным военным, но как-то вот не захотелось сейчас перечить командиру.
Вероятно, Энди как раз и подумал насчёт того, как бы Уинфред не натворил херни, если увидел бы, как его пассию обижают. Вернулся бы в это своё состояние волка-одиночки, да так в одиночку бы и сдох. А Грант знал, что Джеймс всё равно был ответственный. Особенно за людей, к которым прикипел. Так что, нет, подставлять своих он бы не стал. Ребята, зависящие от его указаний, здраво охладят пыл Джеймса.
Хитрый ублюдок, короче, этот Грант. Джеймс только хмыкнул.
Рико хлопнул друга по плечу, молчаливо поддерживая. Майки его спас однажды, пора было вернуть должок. Даже было немного досадно, что в запас отправили. Но, в отличие от Джеймса, Ричард командиру никогда не перечил, даже в мелочах. Хороший солдат.
— Погнали, братва, — бросил Джеймс, когда распоряжения иссякли и, получается, наступило время быть тем самым главненьким.
Загрузились в машину, да поехали по той же дороге, что и «машина Эддингтона». Правда, в отличие от Джонни, заметив преграду на пути, водитель этого джипа затормозил. Ребята, правда, тут же ощерились оружием из окошек, но вокруг было тихо. Молчали и наёмники. Тут и ежу понятно: между поваленным деревом и тушей динозавра стояла явно пустая машина со следами пуль на боках. Засада, чего ж ещё.
— На месте, — сухо отчитался Джеймс по рации. — Шестые устроили засаду.
Осторожно ребята вышли из машины, держа оружие наготове, но джунгли вокруг продолжали дарить только естественные природные звуки. Тем не менее наёмники осмотрелись, прежде чем поступила команда «чисто». Тогда уж принялись осматривать место происшествия, спугнув параллельно какую-то мелкую стайку динозавриков, щипавших огромную тушку подбитого, того, что загораживал путь.
Честно, Джеймс снова внутренне напрягся, заглядывая в машину. Нет, он не думал, что найдёт там трупы, иначе тут бы тоже уже вилась живность. Но, знаете ли, кровь и следы борьбы тоже не хотелось бы увидеть. Однако, удалось хоть немного выдохнуть. Ни следа чего-то неестественного. Те, кто был в машине, вышли самостоятельно.
— Выкуп захотели, бляди, — пробормотал Джеймс.

У Джеймса и самого уже картинка в голове сложилась верная и не шибко-то привлекательная. Шестые и раньше нападали с целью пленения людей и дальнейшего обмена на ценные ресурсы, доступа к которым у этих падальщиков не было. Но всё же устраивать такую засаду (а это дело небыстрое) ради одной-единственной машины с небольшим количеством людей внутри? Да бросьте, Шестые определённо знали, что внутри будет врач — самый ценный ресурс для них, живущих хрен пойми где в лесах.
Джеймс также полагал, что и то ранение в экспедиции подстроили именно Шестые, чтобы Терра Нова в нужное время и по нужной дороге направили доктора. Видать, сильно прижало. Геморрой что ли у их лидера выпал. Джеймс очень на то надеялся и очень этому гниде этого желал. Говорят, не очень хорошая штука.
— Ага, значит Майки они не отдадут, — добавил тем же ровным тоном Уинфред на более оптимистичную фразу Дерека.
Нет, был, конечно, вариант, что заломят за доктора такую цену, что Терра Нове с голой жопой потом сидеть придётся, но что-то Джеймс сомневался. Слишком удобно держать врача под боком. И плевать, что он из вражеских. Заставить работать на себя можно кого угодно, это Уинфред как наёмник очень хорошо знал.
— Значит, перебьём их всех нахуй, — ответил самому себе Джеймс в продолжение и двинулся в сторону кромки дороги.
О том, что они узнавали, Уинфред докладывался Гранту. Но информация была, честно говоря, скудной. Признаки Шестых были с обеих сторон дороги, что логично — засаду-то не с одного бока явно готовили.
— Не хочешь выучиться на следопыта? — пробормотал Уинфред Дереку, пытаясь на корточках высмотреть хоть какой-то знак.
А внутри всё аж подгорало. Они были все такими медленными! Нет, понятно теперь было, что Майки уж точно ничего не сделают. Даже если тот начнёт выделываться. Ну смысл тратить столько сил на то, чтобы потом просто убить доктора? Но Джеймса всё равно бесил сам факт, что эти пидары из всего населения Терра Новы выбрали именно его Майки.
Через энное количество времени парни всё же определили хотя бы направление. Там было больше помятой травы и сломанных веточек. На другой стороне дороги всё было поспокойнее, видимо, туда пришли, чтобы засесть в укрытии.
И Джеймс понимал, что это бесполезно. Впереди просто тысячи миль непролазных джунглей. Но не делать совсем ничего он попросту не мог. Так что повёл ребят на пешую разведку, призвав высматривать, нет ли где какого знака от пленённых.

Джонни тем временем уже с ума сходил от скуки и монотонного повторения маршрута. Он тоже осознал, что их будут обменивать — не первый год такая практика. А значит, что этот путь ему ой как пригодится. Куда повели Майки и зачем вообще это всё, Джонни уже не осознавал. Нет, он бы тоже догадался, если бы хоть на минутку отвлёкся от повторения. А, извините, они шли пару часов, скороговорка на итальянском за это время собралась немалой.
К счастью для охраняющих их наёмников, Джонни в какой-то момент замолчал, перестав «молиться». Повторял мысленно, а в довесок вырисовывал мысленно карту местности. Сейчас, когда его лишили зрения и один из органов чувств отдыхал, сосредоточиться на всём этом было куда проще. Ничего не отвлекало.
Через некоторое время его снова подпнули, призывая вставать. Джонни покорно поднялся, и снова его куда-то повели. Но теперь уже итальянец старался не обращать внимания на это. Мало ли поведут другой дорогой, собьют с мысли. Так что Джонни продолжал вести себя, как образцовый пленный. Не рыпался, не разговаривал, так, вон, молился изредка своим католическим богам, но это ж явно от стресса и страха.
Кроме того, Джонни истово старался не думать о семье. Вот что бы точно сбило с мысли. Хотя иногда всё же сердце паршиво сжималось. Терри, наверное, сильно нервничает, если, конечно, ему вообще сообщил хоть кто-то об этом. Нет. О муже он подумает потом, когда увидит. В конце концов, сейчас Джонни смертельная опасность не грозила.

Искать в первобытных джунглях небольшую группу людей, да даже небольшое их поселение — что иголку в стоге сена. Однако Джеймс всё равно не сдавался. Просто не мог, и ребята это понимали. Не сидеть же просто, сложа руки и надеясь на удачное разрешение обстоятельств. С одним отпечатком им уже повезло, кто знал, может что-то ещё заметят.
Но пока наёмники бесцельно бродили по джунглям, поступило сообщение от Гранта о предстоящем обмене. Это было ожидаемо, как и подтверждение командира о том, что из четверых пленённых к обмену предлагалось всего трое. Доктора явно оставляли себе. Уинфред тоже бы так сделал, и даже не потому, что это был Майки.
— Езжайте на обмен, — выдвинул предложение Джеймс. — Может, наши ребята что-то слышали или хоть что-то подскажут.
Ложных иллюзий Уинфред не питал. С почти стопроцентной вероятностью пленным надели мешки на голову. Но всё же ребята могли хоть что-то слышать или чувствовать. Не обязательно от самих Шестых. К примеру, с какой стороны грело солнце. Или, может, слышали шум воды, когда шли уже примерно час по ощущениям. Всё это хоть немного, но сузило бы радиус поисков.
Сам Джеймс предпочёл с командой остаться на месте. Если вдруг парни разузнают полезную информацию, им тут ближе было явно добираться от места происшествия, да на том же маршруте, по которому вели пленных.
Больше вариантов у Уинфреда не было. Маячок ни на кого не повесить. Обмен традиционно проводился на расстоянии, наставив друг на друга оружие. Шмальнуть можно было только по последним оставшимся, наставившим мушки на пленных — вещи утащат в первую очередь. Но особого толка от этого не было. Разве что удовольствия ради.
— У нас нет в поселении никого мелкого и шустрого, чтобы проследить за ними? — протянул только Уинфред. — Или единственного имеющегося спиздили?
Среди наёмников, конечно, таких не было. Всё же они были земными наёмниками. А на Земле тупо не за чем было прятаться. Ни тебе деревьев и кустов, ни чрезмерно плотного населения. Так что шустрыми и юркими было быть не выгодно. Все плюс-минус развивали силу и точность, на этом и выезжали.

Джонни тем временем был уже изрядно вымотан морально. Будучи итальянцем с достаточно традиционным характером и менталитетом, ему было чертовски сложно концентрироваться на чём-то одном, да ещё и столь монотонном. А сейчас он только и делал, что повторял путь, как проклятую мантру, чтобы не забыть. И ведь при этом он не мог гарантировать, что это вообще поможет и сработает! Это ужасно угнетало.
Оставалось только надеяться, что скоро это закончится.
Впрочем, не так уж и скоро, но всё же закончилось. Новая долгая дорога подошла к концу, они постояли ещё какое-то время, пока Шестые явно расследовали обстановку — сколько пришло с Терра Новы на обмен, где выставили вооружённых солдат, нет ли какой засады и всё такое прочее, что интересовало бы Джонни в другой момент, но не сейчас.
Переговоры прошли довольно быстро, к счастью. Ну а что тут, всё и так было понятно. Вот трое ваших людей, вот нам сумки с препаратами. Разумеется оные проверили — никто друг другу не доверял, все понимали, что только дай волю и кто-то кого-то кинет. Потом подпихнули пленных вперёд, так и не сняв повязок с глаз.
Джонни сделал несколько аккуратных шагов и встал. Судя по тому, что рядом шуршание травы прекратилось, другие ребята тоже не осмелились идти дальше, хотя Шестые, судя по другим звукам, уже отступали, унося всё необходимое добро.
Наконец, к Джонни кто-то подбежал, развязывая его и помогая снять повязку, параллельно спрашивая, всё ли у него в порядке. А у него не было всё в порядке! У него голова лопалась уже от информации, которую срочно нужно было слить!
— Una mappa… o, o, o un tablet. Dammi qualcosa del genere! — пристал Джонни к освободившему его парню, немного не осознавая даже, что тот его не понимает.
Но дабы не сболтнуть ничего, Джонни переключился на итальянский в голове, и теперь немного переклинило после нескольких часов итальянских мыслей, что и речь на английскую настроить не получалось.
Зрительно он выискивал в глазах представителей Терра Новы что-то, что ему помогло бы. И, когда нашёл, решительно направился к какому-то наёмническому дылде, буквально вырывая у него из рук планшет, который tablet, а на нём, о чудо, как раз оказалась mappa открытая на весь экран с какими-то отметками о местности.
— L'auto... l'auto... Dall'auto verso est, — бормотал Джонни, находя отметку с местом происшествия и принимаясь вырисовывать маршрут.
Это было даже забавно, учитывая, что он вновь принялся вслух проговаривать всю эту зазубренную явно надолго скороговорку, параллельно ведя линии по карте и прописывая цифрами количество подсчитанных шагов. Точка финальная получилась, понятное дело, не слишком точной, и из-за погрешности в градусах направления, и из-за того, что метраж в шагах Джонни мог прикинуть только примерно, не настолько он был гений, конечно. Но хотя бы направление и длительность маршрута была очень хорошо ясна.
— Фух, блядь, отпустило! — вспомнил, наконец, английский Джонни, всучивая планшет наёмнику обратно в руки. — Если это нахер не нужно, не смейте мне об этом говорить, я чуть не сдох держать это в себе!

Джонни взлохматил кудрявые волосы ещё сильнее и даже успел пройтись туда-сюда, пока наёмник рассматривал получившийся маршрут на электронной карте и доставал рацию. Он так долго молчал и вёл себя смирно, что успокоиться так быстро не получалось.
— Последних двух, — отозвалась рация несколько недовольным голосом Рико.
Джунгли очень здраво закрывали обзор. Сумерки снайперской винтовке не помеха, а вот куча всех этих деревьев, кустов и листьев — сущий кошмар. Видать было только иногда выныривающие на каких-то естественных возвышенностях макушки. И то только потому, что Ричард не выпускал с прицела Шестых, буквально следуя оптическим взглядом по пятам.
Прозвучала команда, разрешение на отстрел. И не прошло и пары секунд, как с треском разорвался воздух. Джонни даже немного вздрогнул от неожиданности, всё же к таким выстрелам он ещё не привык, как и многие.
За первым через некоторое время прицеливания прозвучал и второй выстрел. Казалось, Ричард снимал врагов даже как-то играючи.
— Забирайте, но осторожно, — ожила снова рация. — Один шарахнулся в кусты, возможно только ранен.
— Он хоть ингалятор с собой взял? — хмыкнул Джонни, не зная, что повторил шуточку Гранта, того, что рядом стоял.
Да он, собственно, и не знал, что этот вот долговязый был братом Рико. Как-то ещё с младшим Грантом пересекался, возил, а вот старшего не доводилось. А Ричард на заданиях болтливым не был, так что брата своего не упоминал.
— Джонни, — представился на вопрос итальянец и добавил: — Фальконе.
Всё же и он был военным, и наёмник этот, и часто они всё же обращались друг к другу по фамилиям, особенно сейчас, когда звания были не так уж и важны. Правда, Джонни уже давненько был Лассен-Фальконе, но, знаете ли, его итальянская фамилия обычно воспринималась с трудом для англоговорящих, а уж двойная вообще кого угодно с ума сведёт.
— М-м-м, да. Нас троих не довели до самого лагеря, оставили в каком-то перевалочном пункте. Эддингтона увели дальше, — добавил Джонни, на секунду прикрывая глаза и хмурясь. — Куда-то севернее, получается, моей конечной точки. Да, севернее.
Грант снова поднял рацию, переключаясь на другую волну. Ну, конечно. Джеймс был уже там, на месте происшествия. Джонни и не сомневался в этом здоровяке. У него на лице было написано, что за своих он тут весь лес голыми руками переломает.
Когда Грант отправил нарисованный маршрут, Джонни попросил его ещё разок взглянуть на планшет. Он покрутил немного карту на нём и показал ещё одну линию:
— По идее, можно вот тут проехать небольшим крюком. Зайти с другой стороны, — предложил он на правах водителя. — Джеймс ведь до утра ждать не будет, как я понимаю. Могу довезти, если поедете тоже.
Приборы ночного видения были у всех. Да и водить в ночи Джонни приходилось частенько, не страшно. Единственное проклятье — динозавры. По лекциям некоего Алекса Джонни (да как и все, кто встречался с капралом) знал, что динозавры в основном охотились в сумерках. То есть сейчас самое опасное время. Но всё же ночью эти зубастые ребята тоже выползали, особенно, если день был слишком жарким или не хватило еды.
И, да, приборы ночного видения прекрасно работали, особо если цель двигалась. А если местные хозяева неподвижно стояли в кустах, устраивая тебе засаду… Ну, что же. Это был их лес и их правила. Пока-пока, вкусный человечек.
Радовало только одно: вряд ли они встретятся с крупными хищниками. Это, на самом деле, была большая редкость. Данная территория принадлежала всего лишь двум здоровым динозаврам (у них даже были имена, данные на Терра Нове), и они на ней охотились, не позволяя другим проникнуть на их территорию. Столкнуться с ними нужно было ещё постараться.
— А ты совсем к детям не хочешь, — хмыкнул другой парень, который Джонни знал.
Итальянец щёлкнул пальцами и забавно показал указательным на говорящего.
— Точно, дети, — проговорил он, как будто только вспомнил. — Передайте Эрику, что я жив, здоров и долбоёб. Хотя последнее он и так знает. Погнали, парни…

Джеймс всё шерстил леса, когда пришло оповещение от Гранта, что обмен завершён. Ребята подтянулись к нему в ожидании. Надо же было опросить пленённых, понять, что им может помочь и всё такое. Ну, как полагали наёмники. Однако рация ожила довольно быстро, да ещё и с какими новостями! А следом за ними на коммуникатор Джеймса пришла та самая карта с торопливыми отметками.
— Ничего себе роскошь, — протянул Уинфред прямо в рацию. — Это у кого там в башку навигатор встроен?
Оказалось, Джонни. Ещё один мелкий шустрый пиздюк, что мог ещё поспорить с Майки по поводу болтливости и шустрости.
— Блядь, эти двое когда в одной машине, похоже, всегда какой-то пиздец происходит, — это Джеймс уже Дереку сообщил, рассматривая параллельно карту. — Так, они шли с завязанными глазами, так что шагали не широко. Давай по-простому что ли, циферки эти на два поделим, да погнали.
Разумеется, Уинфред не собирался возвращаться и ждать утра. Он же предупреждал Гранта, что намерен творить хуйню. Да и, честно говоря, они подготовились неплохо. Даже звуковые гранаты были, чтобы распугать к чертям собачьим динозавров, если те решат в своих любимых сумерках поохотиться на них. Не вкусные они были. В Джеймсе вон вообще говно кипело.

Джонни, что характерно, не обращал внимания на разницу в поведении между ним и Грантом. Будем честны, почти всё население Терра Новы, за исключением буквально единиц, казались при сравнении куда более спокойными и даже медленными, чем Джонни. Вот разве что Майки мог здорово конкурировать за статус самого шустрого.
— Грант? Вы с Рико братья что ли? — поинтересовался итальянец.
Но расспрашивать особенно не стал, удовлетворился кратким утверждением. Хотя, как и все прочие, кто узнавал такую информацию, Джонни немного удивился. Всё же эти двое были совершенно не похожи друг на друга, разве что ростом обладали немалым.
В остальном всё было как-то не удивительно совсем. Близкие родственники нередко занимались одним и тем же делом. Вон у Маркуса сестра тоже, как и брат, пошла в медицину. А уж сколько братьев воевали бок о бок, представить сложно.
Грант согласился на нового водителя, и Джонни пошёл к машине. Последний тоже не хотел слишком долго ждать. Тоже уже подумал о том, что координаты могли и поменяться. Они же не знали, как именно проживали Шестые. Может у них лёгкие палатки, и они кочевали с места на место. Так что нужно было поймать их до того, как это произойдёт. Зря что ли Джонни свою мантру зазубривал?
В саму потасовку итальянец лезть не собирался, так что тут Эрик мог быть спокоен. Что он там, военный водитель, только под ногами мешаться будет. Как-то Джонни не привык убивать людей, а Шестых явно будут убивать, время церемониться прошло. Так что довезёт парней как можно ближе, да и постоит, подождёт, кого и когда можно будет обратно отвезти.
— У вас случайно ни у кого пожрать ничего нет? — спросил только Джонни не конкретно у Энди, а у всех, собственно, приехавших на обмен.
Как-то, пока суть да дело с пленом, итальянец и не вспоминал про пропущенный обед, а сейчас в более спокойной обстановке осознал, что завтрак уже как-то очень давно переварился. К несчастью, пришлось потерпеть ещё какое-то время. Никто как-то не планировал перекусывать на всех этих вылазках и обменах, даже никакого фруктика ни у кого не завалялось. Да и рядом с местом обмена ничего не росло.
В машине Джонни ещё какое-то время ворчал, ругаясь. Не его машина. И пусть джипы были однотипные, военные всё равно его прекрасно понимали. Попробуй взять чужую винтовку, это же совсем не то, не родное.
Расселись, да поехали. Вёл Джонни машину быстро, уверенно, и чихал он на это ваше самое бездорожье — подвеска у военной техники была что надо, и держала хорошо, и компенсировала тряску неплохо. Да и кто бы жаловался на кочки, точно не наёмники.
— Да-а, теперь вижу, что вы братья, — пробормотал Джонни, когда они подобрали Ричарда через какое-то время. — Болтуны оба, аж заткнуться не можете…
Впрочем, итальянца это не смущало. Он всё равно продолжал говорить, отвечал ему хоть кто-то в машине или нет.
— Блядь, Василий! — в какой-то момент выругался Джонни, резковато вильнув в сторону. — Ну не на дороге же!
По пассажирскому боку машины что-то мягко забарабанило, что-то, вылетающее из-под наехавшего всё же крайнего колеса. Впрочем, как-то оно было понятно, что именно.

Наёмники, бредущие по джунглям и отсчитывающие шаги, тоже не скучали. Идти, судя по карте, предстояло долговато, поэтому пока никто не разделялся, да и общались группой. Не всё же в тишине брести. Динозавры учуют их в любом случае, в тишине или распевающими песни, этим было без разницы.
— Ага, а ещё они от рапторов улепётывали, — кивнул Джеймс, которому все эти истории в мельчайших подробностях рассказывал сам Майки, ничуть не считая всё произошедшее долбоебизмом.
Вот теперь Уинфред по цепочке рассказывал остальным ребятам, как этих двоих шалопутных жизнь всё пыталась помотать, да никак не справлялась.
Через часа полтора, может, два, когда уже окончательно стемнело, и парни перешли на приборы ночного видения, маршрут Джонни начал близиться к концу. За время дороги наёмники ещё пару раз натыкались на явные следы человеческого пребывания. То ли место привала, то ли бывшая стоянка — было много примятой травы и сломанных веток, даже ночью удалось всё это хорошо рассмотреть.
Это немало воодушевило. Значит, шли они, пожалуй, точно. Хотя от линий на карте всё же отклонились, но это было ожидаемо. Всё по той же причине, Джонни же не мог по карте прикинуть метраж в шагах. Рисовал направление, да цифры, уже достаточно.
Потом запросили радиомолчание, да и сами замолчали, сбавив темп, чтобы сильно не шуршать. Сами принялись прислушиваться, не раздастся ли откуда-то чего-либо человеческого характера. Джеймс жестами отдал приказ немного разойтись веером, прежде чем двинуться севернее по последним указаниям Гранта. Группу будет легче обнаружить — это раз. Два — самим будет проще найти стоянку Шестых, если разделятся.

На самом деле Джонни не стал задавать лишних вопросов не из-за равнодушия Гранта — вот что его никогда не смущало, так это нежелание говорить у другого человека. Итальянец здорово мог поболтать и за двоих. Просто… было как-то не интересно. Братья и братья. Как и думал Грант, дело было распространённым. Большинство семей жили в таких паршивых условиях, так что выбора у них действительно не оставалось.
Джонни и сам жил вне Купола долгое время, пока замуж не вышел. Впрочем, и под Куполом жизнь была не слишком-то привольной. Так же ютились в маленькой квартирке с двумя детьми, как когда-то и родители Грантов.
А на саркастичный ответ Энди в машине итальянец только посмеялся. В этом плане он тоже был схож с Майки — хрен ты его обидишь, тем более какими-то лёгкими шутками.
— Ага, — зато резво отозвался Джонни на интерес другого наёмника. — Огромный такой клыкастый хрен. Типа тираннозавра. Мы вообще на его территории и живём, и ездим вот. А там, с другой стороны, чуть дальше, чем та дорога, на которой на нас напали, его женщины территория, Тани. Там, конечно, такой херни нет. Таня на дороги не срёт, леди всё-таки…
Сложных названий местных динозавров Джонни как-то не запоминал. Да и ему это было ни к чему, он учёным не был. Ему вот главное было знать, сколько на квадратный километр водилось ящеров, которые могли наступить и не заметить. Хищных вот было двое, травоядных побольше, но последним имён не давали. Они обычно мигрировали стаями, так что было бесполезно запоминать кто есть кто.
Так и довёз спокойно с минимальными происшествиями до самой ближайшей возможной точки к примерно нужной им территории. Джонни заглушил двигатель — неизвестно, насколько затянется перестрелка (если вообще случится), но из машины не вылез. Как уже было сказано, дабы не мешаться под ногами со своей бесполезностью. Лучше он посидит в машине, готовый стартовать в любую секунду. Хотя, честно говоря, сидеть ночью в джунглях одному и без оружия было как-то даже не по себе. (В этом плане он был не Майки).

Рико был балбесом по жизни, трудно управляемым в своей подавляемой агрессии, но всё же хорошим солдатом. Особенно хорошим снайпером, дело своё он знал. А потому был, на удивление очень внимательным парнем. По привычке же осматривал все возможные места, где можно было залечь (а для снайперов чем выше место, тем удачнее) и где могли скрываться вражеские солдаты с винтовками. Так что в какой-то момент подтолкнул брата в бок.
Они аккуратно отошли, стараясь не издавать слишком много звуков. Впрочем, ночные джунгли были шумным местом сами по себе. Стрекотали насекомые, вечно что-то шуршало, хрустело, иногда даже рычало. Раньше наёмники от каждого звука шугались. Теперь, конечно, научились распознавать действительно опасные и близкие звуки.
Даже не кивнув на слова брата, Ричард заглянул в оптический прицел, осматривая домики. Потребовалось долгих пара минут, чтобы уловить какие-то движения в окнах.
— Кто-то есть, — едва слышным шёпотом подтвердил младший Грант. — Снизу нихуя не видно.
Он тут же покрутил головой, выискивая лучшую позицию. И, помедлив, хмыкнул, указывая командиру на какое-то крепкое, обвитое лианами дерево. Оно стояло поодаль от этих домиков, так, чтобы Грант сам не стал хорошей мишенью, пока забирался туда. Зато было достаточно высоким и крепким, чтобы выдержать не маленького мальчика Рико.
Когда Энди дал добро, по крайней мере занять позицию, но пока не стрелять, Ричард мотнул головой другому наёмнику из своих же.
— Пошли, подсадишь.
Не на спину командира же наступать, ну. Для этого были другие солдаты. Хотя чисто по-братски, конечно, хотелось иногда.
Ричард, может, и не был таким ловким, как Майки, зато был, сука, сильным. Подтягиваться он умел хорошо, и снаряжение, добавляющее ему вес, была не помехой. Так что, да, не быстро, но всё же Грант добрался до удобной развилки в ветвях, и засел, устанавливая винтовку в нужную сторону, да тут же присмотрелся. Так не спящие Шестые в этом контрольном пункте были видны ну просто как на ладони.
Сел и стал ждать сигнала от старшенького.

Джеймс же с ребятами был из простых, фронтовых, он как-то и не привык смотреть наверх. Здесь самолёты не летали. А если что-то и летало, то лучше, пожалуй, им было об этом не знать, пока не пробовало пикировать на них.
Так что контрольный пункт они осмотрели снизу, заметив все эти примятия травы и всё такое, да и пошли дальше, решив, что это было временной остановкой. Посидели на земле, да и повели Майки дальше, в сам лагерь.
А вот огни домиков было заметно издалека. Так что их заметили все и вновь собрались к Джеймсу, их временному командиру, чтобы решить, что делать дальше.
— Хитрые ублюдки, — тихо проговорил Уинфред и тоже, как и Рико, покрутил головой. Правда, не чтобы найти выгодную позицию. Снайперы из них всех были паршивые, будем честны. Просто, чтобы удостовериться, что они не пропустили каких-то других домиков, в которых свет не горел. Наверняка ведь у этих хитрых ублюдков были контрольные блок-посты.
Селиться в таком неприметном месте разумно, бесспорно. Но всё же должны быть дежурные, которые заведомо предупредят об опасности. Извините, тот же Василий мог прийти и пожевать их уютный домик на дереве — даже наклоняться не нужно.
— Чует задница, о нас уже предупредили, — пробормотал Джеймс, хотя ничего и никого больше на деревьях не заметил.
Знать бы, где сейчас Грант. Уинфред не сомневался, что командир не бросит их небольшую группу в одиночку возиться с Шестыми. Но и включать сейчас рацию, считай, было либо указать прямо «стрелять сюда», либо таким же образом подставить Энди.
— Расходимся для наблюдения, парни, — едва слышно вздохнул Джеймс. — Далеко не уходить, ищем лучшие позиции.
А вздохнул он потому, что настал вот этот паршивый момент, когда ответственность пересиливала истинное желание. Очень вот хотелось пойти тупо в лоб, да и поубивать всех, кто под руку попадётся. Но очевидно у Шестых было преимущество в расположении и, скорее всего, в информации — они вполне могли оставить свет, чтобы подождать наёмников. А сами стоят где-нибудь по бокам, ждут, когда мотыльки на эту лампочку полетят, ага. Ну, в общем, не мог Джеймс так похабно рискнуть своими пацанами. К тому же ещё и Дереком.
Так что пока они могли только наблюдать и готовиться. Кто вообще там был, наверху или внизу, кто двигался или где дышат шибко громко. Откуда лучше было бы начать обстрел и всё такое прочее. Короче, восполнять преимущество по информации. Но делиться сильно было тоже опасно — по одному их могли отловить. Как и держаться группой — опять же, слишком заметно. Так что покрывали чуть более широкую территорию, но всё же в поле зрения друг друга.

Ричард буквально замер в ожидании. Он напоминал собаку, замершую в охотничьей стойке и ожидающую нужной команды хозяина. Шестых через оптику он видел прекрасно, и первая жертва была уже намечена. Парень тоже залёг с оружием, пусть и вряд ли таким же дальнобойным, как у младшего Гранта. Направил дуло на кусты, куда залегли наёмники.
Понятное дело, что этот парень нравился Ричарду меньше остальных. Пусть они с братом и не были столь близки, как Хьюстоны, например, всё равно как-то немного подбешивало, что какой-то там Шестой хотел подстрелить Энди.
Так что старший брат даже договорить не успел, Ричард спустил крючок уже после слова «ладно». В конце концов, раз рация уже заговорила, ждать было нечего.
От выстрела подскочили и другие Шестые. Пока они выбирались на позиции, Ричард успел снять ещё одного. Так чисто, что даже душа порадовалась. И мозги красивым веером на стенку брызнули. Днём будет вообще зрелищно.
Следом подключились остальные наёмники, отвлекая обезумевших Шестых на себя. Снизу им было не шибко ловко стрелять, но их задачей было лишь дать время и окно снайперу. Точность у того была безупречной, а вот скорость страдала. Это не автоматная очередь. Нужно было потратить много секунд, чтобы хорошенько взять новую цель на мушку, учитывая все погрешности и движение самой цели.
За этой перестрелкой наёмники даже не услышали, как с другого места точно так же раздались автоматные очереди.

Зато их выстрелы очень хорошо расслышала команда Джеймса. Первый выстрел из винтовки действительно издалека напоминал раскат грома. Собственно, принцип действия у него был схожим — пуля преодолевала звуковой барьер. Но последующие очереди уже, и впрямь, было сложно с чем-то перепутать.
К этому моменту Джеймс и его ребята рассмотрели всё, что могли. Шестые прятались и среди деревьев внизу, и выставили парней с оружием у своих домиков наверху. Тех было плохо видно через прибор ночного видения, свет слепил, но всё же у Уинфреда было время присмотреться к редким движениям.
Он поднял кулак, призывая немного подождать. Шестые явно засуетились. Они ждали атаки на это их поселение, и теперь пытались сообразить, как так вышло, что атаковали блок-пост или что у них там было полчаса дороги назад. Пускай побегают, побольше выйдут из укрытий.
Парни прицелились, наметив свои цели. И когда Джеймсу показалось, что случай самый удачный для неожиданной атаки, его кулак резко опустился. Тут же раздались выстрелы. Сперва с их стороны, потом Шестые начали палить по кустам, пытаясь быстро сообразить, где именно залегли враги.
Спустившихся вниз и тех, кто прятался за деревьями до этого, буквально расстреляли, не дав и шанса на спасение. А потом случился затык. Вверх стрелять было не шибко-то удобно. Да и оставались ещё Шестые, выбравшие неплохие естественные укрытия снизу. И пока Джеймс пытался решить эту проблему, сверху раздался приказной голос, едва пробившийся сквозь какофонию выстрелов.
Уинфред поднял голову и больше понял, кого держит фигура побольше, чем увидел. Но всё же сердце сперва неприятно так сжалось, а потом то дерьмо, что продолжало кипеть в Джеймсе, переросло в какую-то лютую злость. Он отдал приказ парням прекратить огонь, хотя те и сами уже останавливались, тоже увидев доктора под прицелом.
Стянув прибор ночного видения, Джеймс поднялся на ноги и, не сводя своего оружия с мужика, оказавшегося огромным темнокожим (какая чудесная мишень), вышел вперёд.
— Тут такое дело… У нас там ещё ребятки сейчас подтянутся, — протянул Джеймс, продолжая сохранять внешнее спокойствие и уверенность в себе. — Так что если не хочешь долго-долго мучиться, ты б это… доктора бы отпустил.
Ситуация у Шестых и впрямь была патовая. И в целом, Джеймс был прав. Тут тупо выбор между просто умереть и быстро или на тебе будут срывать злость за своего. Но от стресса негр этот мог и пальнуть все равно. Сбежать-то по деревьям, как обезьянка, он явно не мог, прикрываясь тем же Майки. Так что, несмотря на привычную браваду, Джеймсу реально было страшно. За Майки, разумеется.
Но случилось то, чего, наверное, никто и не ожидал. Джеймс с такого положения даже не заметил, как дёрнулся Майки. Зато услышал тихий вскрик негра, не слишком-то цензурный, а следом выстрел. Выстрелил и Уинфред, продолжавший целиться в Шестого. Хотел причём в плечо лупануть, чтобы потом всё же напомнить парню, что он не шутил с долгими-долгими муками, но как-то тупо попал прямиком в висок. Свет и угол выстрела всё же мешали прицелиться по-нормальному.
— Спрячься! — только и успел он гаркнуть Майки.
А через секунду раздался ещё один выстрел, который Джеймс уже услышал в полёте на землю. Чувство было такое, будто его кувалдой по рёбрам шибанули, роняя в горизонтальное положение. Да и боль разлилась такая, что в глазах потемнело. Уинфред рухнул в траву и замер. Только и услышал, как ребята возобновили огонь, пожалуй, моментально расправляясь с тем, кто стрелял в Джеймса.
Продолжили отстреливаться и оставшиеся в живых Шестые. Им-то уж некуда было деваться. Только и хотели, что забрать с собой как можно больше врагов.

Звёзды здесь были чертовски красивыми, конечно. Крупными такими, даже красивее, чем на картинках, которые видел Джеймс в интернете. И небо чистое, облачка только лёгкие какие-то, тоже симпатично подсвеченные огромной Луной. И ведь, правда, летали какие-то мелкие гаврики. Всё же надо будет почаще смотреть наверх. Но вот после Земли, засранной людьми, такими вот крысами Корпорации, как Шестые, привычки такой ещё не было.
А ещё всё ещё было чертовски больно. Настолько, что Джеймс пытался сделать хотя бы маленький вдох, но лёгкие отказывались слушаться хозяина. А ведь дышать было тоже так приятно, особенно здесь, где был нормальный воздух.
В этой борьбе с собственным организмом за воздух, казалось, прошло не меньше нескольких минут. Раздавались бесконечные выстрелы и ругань наёмников, что с одной, что с другой стороны. А Джеймс лежал. Хотя по факту, конечно, прошло не больше половины минуты.
Следом пришло какое-то смиренное понимание, что Майки вот сейчас наверняка бежит к нему, чуть ли не по лиане с дерева спускаясь. И потому что это был он, Джеймс (и что вот доктор в нём нашёл, спрашивается?), и потому что Майки, будучи военным врачом, не мог иначе. Кого-то ранили и вперёд, под обстрел. Только и оставалось, что надеяться, что ребята заметят этого резвого малявку и прикроют.
Не успел вот даже мысль эту додумать, как сверху почти навалилась уже такая знакомая и родная тушка, в темноте ощупывая доступное ему тело. Примерно одновременно с этим Джеймс выиграл схватку с временной потерей дыхательной функции и шумно, хрипло вдохнул, как вынырнувший человек после долгого погружения.
В глазах снова потемнело от новой порции боли. Он, конечно, был в бронежилете, куда и попала пуля, но стрелявший Шестой был слишком близко, так что сама пластина жилета нехило так лупанула по рёбрам.
— Один-один, — сипло, едва слышно в этих выстрелах выдавил Джеймс.
А следом его настиг всё равно приятный, пусть и, наверное, не слишком уместный в данных обстоятельствах, поцелуй.
— Так это… выйдешь за меня? — уточнил Уинфред, и вот это было, по его мнению, очень даже уместно.
А то мало ли, в следующий раз могли и в голову попасть, а они тут ещё вон не женатые вовсе. Обидно даже как-то.
Но в следующую секунду Джеймс перевернулся, почти что подминая доктора под себя. Чтобы не светился тут «непокрытой головой», да без броника.
— Уууух, блядь, суки, по кругу, сука, всех пущу, — примерно так вежливо отреагировало тело Уинфреда на столь активные движения.
Но мальчиком он был не маленьким, потерпит. Что там, максимум пару рёбер треснуло, не первый раз, да и не последний явно.
Гаркнув своим, чтобы прикрыли, Джеймс собрался с силами и уже вместе с Майки рванул в спасительную темноту каких-то кустов и зарослей. Всё же лежать почти на открытой местности перед домиками было уже очень опасненько.
Впрочем, одному из них повезло гораздо меньше, чем Джеймсу. Они увидели его в луже собственной крови неподалёку. Всё же их было слишком мало, да и Шестые тоже, не стоило забывать, что были наёмниками. Может и не такими крутыми-грантовскими (да, Джеймс им польстил), но всё же.
А через ещё какое-то время раздался уже знакомый до боли треск рвущейся ткани, и с одного из домиков, как мешок с костями, шлёпнулся Шестой.
— Как же ты вовремя, засранец пафосный, — пробормотал Джеймс.
Ну а через ещё минуту-другую подтянулся и остальной отряд Гранта. Вечеринка стала куда более интересной и захватывающей.

Честно говоря, Джеймс не особенно услышал Майки, и не в возобновившихся выстрелах было дело. Короткая, но больно активная пробежка до укрытия заставила Уинфред пожелать как минимум потерять сознание. Это только в боевиках показывают, что крутые парни после выстрела в бронежилет либо сразу бегут убивать врагов, либо полежат чутка и в полном порядке. На деле это всё равно было чертовски больно.
Дыхание тут же сбилось снова, Джеймс свистяще втягивал воздух сквозь плотно сжатые зубы, прислонившись спиной к дереву. Так что, пока наёмник приходил в себя, Майки уже успел изрядно всех оббегать и вернуться.
Но своих Уинфред бросать не собирался. Их, блин, осталось всего трое. Так что, отдышавшись, Джеймс снова приладил оружие к плечу.
— Что ты… — отвлёкся он на буквально подлезшего под руку Майки, которого автомат во всей его боеготовности совершенно не смущал. — Ауч.
Тонкая иголка прошла сквозь плотную брючину военных штанов, вонзившись в мышцу бедра. Не так, чтобы это было прямо больно, но как-то Джеймс не ожидал такой подставы от Майки. Впрочем, через каких-то несколько секунд он с задержкой понял, что доктор-то прав. Начав отстреливаться, основная отдача, конечно, уходила в плечо, но где плечо, оказалось, так и травмированная грудная клетка.
— Ах ты ж сука какая, — скривился даже несколько удивлённо Джеймс и поинтересовался у Майки, всё ещё крутящегося под боком. — И через сколько подействует?
Ждать обозначенные пять минут Уинфред, конечно, не стал. Но всё же ощутил, что буквально каждый выстрел давался как-то полегче. Правда, сильное обезболивающее имело свой побочный эффект — Джеймс уже определённо не смог бы посоревноваться за самый точный выстрел, голова через оные пять минут стала немного ватной.
Но этого хватило, чтобы дождаться команду Гранта. И под усилившиеся выстрелы Джеймс смог уже расслабиться и передохнуть, хотя отступать за спины товарищей не стал. Лучше уж тут, за деревом посидит. Даже глаза ненадолго прикрыл, пока Майки опять усвистал по своим военно-докторским делам. Останавливать его Уинфред не стал. Парень знал своё дело. Тревожно, конечно, за него было, но это была привычная тревога. На войне же тоже вон по окопам скакал на передовой, не помер до сих пор.
— А чё это ты тут делаешь? — через какое-то неопределённое время спросил знакомый голос и в плечо ткнулось дуло винтовки.
— Жду, когда ты начнёшь хвастаться, — отозвался Джеймс, отпихивая тыкающееся в него дуло, как будто назойливую муху отгоняя.
— А-а, я думал помирать собрался.
И всё же Ричард был пафосным засранцем. Не по характеру, конечно. По характеру он был просто дерьмом. А вот по роду деятельности казался простым рядовым бычкам тем ещё паяцем. Он вон же даже километраж с парнями не добежал. Остался, небось, за пару сотен метров до поселения, обнаружив удобный прогал между растительностью, да стрелял с безопасного расстояния, пока парни тут пули своими телами ловили. Ну не засранец ли?
А когда целей в пределах видимости не осталось, закинул винтовку на плечо, да и пошёл себе спокойно без бега по пересечённой местности. Вот всегда так. Рядовые жопу рвут, а эти холёные детишки с винтовками потом бахвалятся, сколько успели снять за вечерок.
— Ранило куда? — поинтересовался Ричард.
А что ему ещё делать? У него оружия более ближнего боя не было. Ходить и отстреливать раненных Шестых из снайперки — варварство какое-то.
— В броник хуйнули, — отозвался Джеймс.
— Повезло.
Через некоторое время рядом снова материализовался Майки с уже парой сумок на плечах. Он напоминал маленького жучка, который мог упереть вещей больше него в два раза, если они были очень ему нужны.
— О, а вот и звезда нашего шоу, — ухмыльнулся Ричард. — Здорова, мелкий.
Подтянулся и Дерек, проверить, как там Джеймс. Рико приобнял его, похлопав по плечу, увидев живым и даже не раненным повторно.
— Сколько у нас раненых? — поинтересовался позже Грант-младший. — Отлично, пойдёмте, погрузим вас в машину. Чё? А мы ножками, топ-топ. Давай, Барт, тебе полезно растрясти всё, что ты нажрал. Марш-бросок, давай.

Ричард только хохотнул на оправдание Майки, слетевшее с его языка быстрее, чем приветствие; он нашёл это забавным. Доктора никто и не винил. Ну, Джеймс-то по понятным причинам, но и остальные ничуть не считали, что это Майки был тому виной. Не он, так другого доктора бы пленили, Шестые явно затевали засаду с тех самых пор, как захотели вылечить своего товарища — того, что добил старший Грант.
— Ты, наоборот, можно сказать воодушевил народ, — добавил, посмеиваясь младший, похлопав доктора по плечу. — Вряд ли ради вашего крашеного петуха мы бы пошли задницы рвать.
И, в целом, несмотря на очень уж гомофобное высказывание, Ричард был прав. Конечно, наёмники всё равно бы воспользовались случаем разделаться с Шестыми. Но мотивации было бы чутка поменьше, знаете ли. Всё же Майки многим наёмникам как-то быстро запал в душу. Ребята даже и не вспоминали о его ориентации. Какой-то он был свой.
Джеймс в это время докладывался и Дереку о том, что вполне себе живой. Отделался травмой рёбер и испугом, так сказать. Впрочем, никто из этой маскулинной братии в отсутствии геройства и желании Уинфреда посидеть подольше без движения его не винил. Многие были на войне. Многие испытывали на себе это не самое приятное ощущение удара пули.
Энди поинтересовался подсчётом, но в этом группа Уифреда отмалчивалась. Честно говоря, они в этот раз не слишком-то считали. В темноте, в этих зарослях, они просто отстреливались на звуки ответных очередей, желая только выжить, пожалуй. Джеймс даже сидел себе тихонечко и винил себя. Наверное, нужно было подождать, когда команда Гранта подойдёт поближе. Да, Шестые тогда подготовились бы лучше, но, может, Грег бы не погиб.
Невольно Джеймс покосился на обмякший труп. Парня и впрямь было жаль. Хоть и нельзя было сказать, что человеком он был хорошим, но военным и впрямь отличным.
— Поднимите его в дом, — подал голос Уинфред. — К утру здесь будет пир.
Это сейчас вокруг них царила тишина. Динозавры только в фильмах не боялись ни взрывов, ни выстрелов. Но на самом деле оказались такими же животными, как и прочие, и от громких неестественных звуков, запаха пороха и прочей вакханалии старались держаться подальше. Однако запах стрельбы рассеется, а вот запахи крови и трупов привлекут к себе целое толпище местных падальщиков.
Так что Джеймс сомневался, что стоило отправлять сюда кого-то прямо к утру. Лучше дождаться самой жаркой части дня. Да, тело Грега уже облепят насекомые, а самого его раздует от жары, но всё же это было лучше, чем быть полностью съеденным.
Вскоре пришлось снова натягивать приборы ночного видения, чтобы хоть как-то мочь идти обратно к машине. Джеймс снял бронежилет с помощью Майки, и теперь нёс его в руках, почти замыкая отряд. Обезболивающее неплохо помогало, так что он не отставал и никого не тормозил. Разве что участия в пересменке у носилок не принимал.
— Что-то там… — хмыкнул по дороге Джеймс на вопрос Майки. — У этого малого, кажись, навигатор вшит прямо в голову.
Без лишних слов Уинфред показал партнёру карту на коммуникаторе со всеми этими отметками в количестве шагов и направлениях. В ответ Майки рассказал историю про это бормотание на итальянском и то, как он пошутил, что якобы Джонни молится своим католическим богам, а Шестые и поверили. Только посмеялись над религиозностью.
Посмеялись и идущие рядом наёмники. Кто-то добавил, как это забавно всё выглядело, когда Джонни буквально накинулся на Энди, завидев в его руках планшет.
Так и шли, переговариваясь, пока не добрались до места, где оставили машину. Раненому парню помогли перебраться в джип, рядом усадили Майки, которого с другого бока прижали ещё одним травмированным. Чтобы доктор следил там за ними.
— Меня дома ждут только пиздюли, — хохотнул Джонни.
Спрашивать, что к чему Джонни не стал. Видел же, что к нему усадили самых потрёпанных парней. Значит, будут играть в машину скорой помощи и поедут аккуратнее, чтобы на кочках ни у кого кишок не повываливалось.
— За вами вернуться? — только поинтересовался итальянец у оставшихся.
Но те, оказалось, решили возвращаться обратно, к машине, оставленной командой Джеймса со стороны первого нападения Шестых.
— Это правильно, по этой дороге лучше пешим сейчас не ходить, тут где-то Василий шляется, — кивнул Джонни и добавил для Майки и других, кто с ним не ехал, немного пожаловавшись: — Насрал прямо на дорогу!
Немного отъехав, Джонни по привычке принялся болтать, в основном с Майки, конечно. Остальные были как-то снова не разговорчивы. Ему-то и посетовал, что пока он там Шестых донимал своими шутейками, итальянец без обеда и ужина прозябал. За что был накормлен самым вкусным на свете батончиком. Спустя почти сутки без еды он реально казался деликатесом.
— Все выжили? — поинтересовался и менее приятной темой Джонни.
— Грега подстрелили, — неохотно отозвался Джеймс, всё ещё чувствуя свою вину за это.
— Паршиво, — искренне отозвался итальянец, хотя, честно говоря, не успел толком узнать этого самого Грега.