После справедливой расправы с большей частью Шестых наступило блаженное затишье. За Грегом вернулись и достойно его похоронили, остальные уже успели зализать полученные ранения. Наёмники продолжали шерстить по местным лесам — Грант спуска своим ребятам не давал, ибо нечего расслабляться раньше времени. Бегали теперь в обязательном порядке по пересечённой местности, что неизменно вызывало ворчание многих, в частности, Уинфреда. Тот был парнем пока что спортивным, но очень даже ленивым.
Ему бы вон вкусно поесть, да поспать подольше — вот это кайф, а не ваши эти пробежки с оружием наперевес. Джеймс истинно кайфовал, когда доктор прописал ему покой на пару недель, пока рёбра в порядок не придут. Даже немного печалился, что рентген не показал переломов. Мелкие трещинки и крупные гематомы прошли слишком быстро, и Уинфред вернулся в строй.
Но сегодня был день хороший, ленивый. Джеймс приготовил ужин, да и Майки весь день был дома, ему только завтра на дневную. Так что гулять они гуляли, но в размеренном темпе, без бронежилетов и автоматов. Ну и сексом, конечно, занимались — этот горизонтальный спорт был Уинфреду как-то больше по душе.
После ужина, как водится, Джеймс вышел на «задний двор» покурить. Сел на крылечко, прикурил, да по привычке уставился на небо. Уже здорово смеркалось и появлялись первые звёзды, такие крупные, что Джеймс никак не мог к ним привыкнуть. Он и к мелким, знаете ли, не был привычен, но тут небо всегда было как с картинки, когда не наступали длительные периоды дождей и не наплывали хорошо знакомые землянам тяжёлые тучи. Правда без привычного грязно-жёлтого оттенка.
Однако сегодня небо было совсем необычным. Уинфред сперва не мог понять, что это за тёмные движущиеся точки. Точнее, догадался, что это была местная живность, но что-то ещё ни разу не видел в таком количестве. И чтобы те так уверенно летели прямо к поселению. Как-то это зрелище Джеймсу не слишком понравилось. Жопа-провидица, которая отлично уже распознавала грядущий пиздец от Майки, и тут не промолчала.
— Дома покурю, пожалуй, — пробормотал Уинфред, поднимаясь и возвращаясь обратно, плотно закрывая дверь.
Невозмутимо он подошёл к вытяжке над плитой, включая её, и делая следующую затяжку под явно вопросительным взглядом Майки. Обычно Уинфред в доме не вонял никогда. Разве что когда были прямо сильные грозы, но сейчас небо было наичистейшим и никаких ураганов явно за стенами не наблюдалось.
— Кажется, был древний фильм у Хичкока, «Птицы» или типа того, — протянул Уинфред. — Там это… кажись пересъёмки начались.
А через пару секунд, как в пояснение словам Джеймса, раздались эти вопли, совершенно не птичьи, а очень даже динозавровые. Майки естественно прилип к окну в восторге.
— Так, блядь, — лениво, но с некоторой угрозой протянул Джеймс, когда Майки очень даже предсказуемо дёрнулся то ли открыть окно, то ли на улицу вообще выйти. Уинфред как-то не разбирался, но заранее запретил всё.

Джонни уверено вёл машину в уже чертовски густых сумерках. Но они уже подъезжали к поселению, и по местным дорогам парень, казалось, мог уже хоть с закрытыми глазами чесать. Тут он объездил всё вдоль и поперёк, знал каждую кочку и травинку, ей-богу.
— Dai, — посмеивался весело он, хотя на собеседника даже и не смотрел, всё равно по привычке не отрывая взгляда от дороги. — Non essere pigro, ormai persino Dani parla italino meglio di te.
(Давай, не ленись, уже даже Дэни говорит на итальянском лучше тебя).
Настроение было хорошим. Во-первых, Джонни вернул себе свою машину. Вернул в неё украденный Шестыми аккумулятор и подлатал. Да, она была в следах от пуль, но всё ещё оставалась машиной Джонни. Это ведь как с оружием. Никто из тех же наёмников не поспорил бы, что было своё оружие, а было чужое, даже если оно оставалось точно таким же.
Во-вторых, выезд прошёл хорошо и весело. Если с Майки они вечно во что-то вляпывались, то с Алексом было просто весело и интересно. Этот парень тоже болтал, как не в себя, что Джонни очень даже нравилось. Они быстро сдружились с молодым капралом. Нередко теперь проводили время и семьями.
— Впрочем, у него стимул получше, — пробормотал Джонни следом. — Если всё ещё хочет жениться на моих девочках.
Мелкие Лассен-Фальконе, разумеется, с таким-то отцом, выросли билингвальными, что было огромной редкостью в их мире. На Земле-то почти не осталось такого, а уж на Терра Нове с их маленькой выборкой людей… Так вот, с такими родителями девчонки были ещё и довольно вреднючими, и часто пользовались тем, что никто, кроме их отцов итальянского не знал (они ещё от шока не отошли, узнав, что Терри отлично их понимал всё это время).
Так что Дэни частенько слышал эту непонятную речь, бегая за красивыми и удивительно одинаковыми девчонками. Но Дэни всё же получил часть фамильного менталитета. Он совершенно не стеснялся спрашивать, о чём они говорят, причём не только их самих, но и старших Лассенов-Фальконе. И за год такой дружбы-влюблённости действительно нахватался много слов и выражений — детям всегда это легче давалось.
Вот Джонни по приколу и Алекса начал подучивать. Постоянно над ним смеялся, что он не настоящий итальянец. А ещё фамилию ДиМарко носит! Надо было исправлять эту ситуацию. Джонни, будучи ребёнком маленькой когорты, очень трепетно относился к итальянскому наследию, это факт.
Однако, несмотря на всю любовь к когда-то родному языку, когда машина вынырнула из лесов и перед глазами раскинулись стены поселения, выругался Джонни вполне себе по-английски и не слишком-то изысканно.
— Блядь, это что за херь? — примерно это сорвалось с языка водителя, благоразумно остановившегося на некотором расстоянии.
Следом он первым делом посмотрел на время. Благо, возвращались они уже относительно поздно из их маленькой экспедиции. Школа уже закрылась, а детей разобрали по домам. И, скорее всего, они сейчас ужинали. Что Маркус, что Эрик уже закончили рабочие смены, так что хотя бы об этом не стоило беспокоиться… наверное. Однако, пока Алекс, как старшенький, связывался с военными в поселении, Джонни достал свой коммуникатор, посмотреть сообщения от мужа, которые наверняка уже были, учитывая, что над Терра Новой кружилась какая-то крикливая стая доисторических чертей.

Джеймс, к слову, не считал своей, да и любого другого наёмника заслугой, что они быстро адаптировались. Как раз, пожалуй, это была заслуга командира. Он же им продыху не давал. Когда тут успеть ошалеть от происходящего вокруг, когда то Шестых надо стрелять, то куда-то бежать с оружием наперевес на динозавров и многоножек смотреть, то просто по жаре в бронежилете по кустам пробираться.
Так что мозг их, дабы сберечь ограниченную энергию, всё бросал на восстановление сил, а удивление и шок оставлял на потом. Но это «потом» так и не наступило до сих пор. Так что и на тучу ящероподобных пташек Уинфред отреагировал привычной невозмутимостью. Ну что же, видимо, тут и подобное бывает.
— Если хочешь, я тебя сам за жопу укушу, без помощи этих птичек, — отозвался он на некоторые капризы Майки.
Но от того, как первый крылатый монстрик шлёпнулся о пластиковое стекло, Джеймс всё равно немного вздрогнул. Не ожидал, что птички эти будут прямо ломиться к ним в гости. У них, конечно, осталось немало вкусного ужина, но что-то подсказывало, что, наверное, они не за стол просились. Да и вместо ужина предпочитали, пожалуй, кого-то живого.
Уинфред и сам подошёл к окну рядом с Майки. Нет, в этом он не спорил, интересно было. И снова синхронно с партнёром вздрогнул, когда на свет прилетела вторая птичка. Впрочем, на птицу она была совершенно не похожа. Скорее на маленького птеродактиля, которых Джеймс видел на картинках и раньше.
Через минутку на коммуникаторы пришло тревожное оповещение с требованием оставаться в домах или зайти в ближайшее укрытие, если кто-то ещё был на улице. К счастью (для Уинфреда), к этому оповещению ещё никто не добавлял экстренный вызов врача. Тут к гадалке не ходи, кто бы ломанулся в первых рядах спасать людей.
— Вот видишь, написано «не покидайте домов… Майки», — последнее Джеймс, конечно, от себя добавил, чтобы повеселить партнёра и себя.
Вообще, внутри Джеймс даже напрягся. Но даже не из-за летающих ящеров. Просто он уже с войны просёк логику Майки. Снаружи происходило что-то донельзя интересное и необычное, а он находится внутри, где ничегошеньки не происходит вообще. Он же как будто упускает все важные события и даже, пожалуй, возможности! Поэтому Джеймс и напрягся. Майки сейчас напоминал бомбу замедленного действия — чёрт его знает, когда рванёт.

Джонни за девочек так не волновался. Они тоже были итальянскими оторвами, но, всё же, во-первых, оставались девочками. А даже если всем и не известно, то, обзаведясь детьми, быстро осознаёшь, что девочки умнеют гораздо раньше. Во-вторых, у них в семье был Эрик. Он был не таким непоколебимым и упрямым, как Джеймс, но всё же выполнял ту же функцию — был эдаким якорем и островком спокойствия в семье Лассен-Фальконе.
И Джонни, и их дочери слушались Эрика. Он гораздо меньше «запрещал» что-то, в отличие от того же упомянутого Джеймса, но когда он просил о чём-то, в девяносто девяти процентах случаев ему не перечили. (Ну, по крайней мере, пока. Пока не стукнул очередной детский кризис, и родительский его авторитет не пошёл прахом).
— Ты меня спрашиваешь? Это ты у нас динозавровый ботаник, — хмыкнул Джонни, наблюдая за этим, как казалось, хаотичным кружением.
Домой им надо было, в этом Алекс был прав. Нет, они, конечно, были в безопасности в машине поодаль от поселения, но не торчать же им здесь… Джонни даже не знал сколько. Да и жителям Терра Новы явно не помешают сейчас все имеющиеся возможности.
— Сейчас нам кто-нибудь калитку откроет и поедем, — кивнул итальянец. — Жаль, мы Родни не взяли с собой. Могли бы бросить его на съедение, как отвлекающий манёвр.
Он обернулся на секунду к девушке-биологу, которую и катали всё это время за какой-то важной информацией.
— Тебя не бросим, не ссы.
Джонни быстро набрал пару сообщений на коммуникаторе, чтобы успокоить мужа. «Стоим у ворот, смотрим, как вас хотят схавать. Может это вы к нам? Я чёт туда не хочу». И второе: «Девочки не боятся? Скоро, надеюсь, приеду».
Он подъехал поближе, когда Алекс дал отмашку, что кто-то из солдат всё же рискнёт добраться до ворот. Со стен, естественно, все часовые сбежали. Нахер надо, Джонни их прекрасно понимал. Тут даже всех не перестрелять, патроны нынче с закрытием портала были вообще золотыми, не на этот рой ящеров тратить.
Когда, наконец, ворота приоткрылись, Джонни резво заехал внутрь, дабы не заставлять парней рисковать почём зря.
— Такси, такси, бесплатное такси, куда отвезти вас, барыш… да ёпт, ну куда ты прямо в бампер, merda! — от шутки быстро переключился на агрессию Джонни, когда одна из тварей лупанулась прямо в решётку радиатора. — Застряла там ещё, наверное, зараза… А мне выковыривай потом тебя оттуда, блядь.

Вот Джеймс и следил напряжённо за всеми этими телодвижениями шалопутного кошака. Тот, как и упомянутое животное, мог ведь в любую щёлочку просочиться. Иногда Уинфред даже думал, что, в целом, готов бы был стать отцом, если бы тут была такая возможность. За мелкими ведь тоже так, чуть взгляд отведёшь на секунду, малой уже на полу орёт. Майки не орал, но тоже действовал неуловимо.
Но желаемое получил. Что уж, Джеймсу родного партнёра жалко за задницу укусить что ли? Совсем не жалко. Даже не поленился на колени для такого дела встать.
Потом, после всех этих каких-то снова неуместных игрищ, Майки выдвинул очень даже конструктивное предложение. Джеймс об этом даже не подумал. Он, как и многие земляне, животных знал только по сказкам. И уж точно не задумывался о поведении доисторических зверей, летят ли они на свет или на их запах, кто их знал.
— И разденемся, — кивнул Джеймс. — Тогда точно постесняются подглядывать.
Но шутки шутками, а свет Уинфред погасил. Вдруг и впрямь поможет. Что-то он уже стал опасаться за местный пластик, так он сотрясался под ударами тушек. Наверное, тот был совсем не рассчитан на то, что в него будут с завидной регулярностью врезаться, да ещё и стукать очень острыми и неприятными на вид клювами.
В целом, фишка сработала. Хищные птички шебуршились на крыше, но в окна врезаться почти перестали, если только по чистой случайности, пытаясь сесть на подоконник, не замечая прозрачного стекла. И, в общем-то, Джеймс не собирался никуда выходить, ежели не будет дан приказ кого-то спасать что ему, что Майки. Но через пару-тройку часов на коммуникатор последнего пришло подозрительное сообщение: «Майки, ты роды умеешь принимать?». От Маргарет, живущей по соседству.
— Нашла, конечно, время, — протянул Джеймс, читая это сообщение, пока Майки с каким-то прямо-таки бесящим энтузиазмом впрыгивал в уличные штаны и проверял имеющуюся у него (как и у любого местного врача) укладку.
Да, основные препараты — так сказать чемоданчик скорой помощи — имелись не только в больнице. Ведь такси у них тут не было, знаете ли. Мало ли что случится, и ближе тебе будет доползти до дома любого из врачей, чем умирать по пути в больницу. Врач уж на месте разберётся, вызовет носилки или даже машину к своему дому, оказывая первую помощь.
Так, собственно, и поступила Марго. Правда, она добежать даже до дома Майки не могла. Схватки начались ещё вечером, до прилёта этих тварей. Муж был как раз в ночную смену, и Маргарет его предупредила, что скоро она начнёт собираться и придёт. Будучи сама врачом, да ещё и замужем за акушером, даже первые роды Марго не пугали. Шло всё очень хорошо, схватки были редкими, так что она вполне была в силах дойти до больницы сама.
Ну а дальше с улицы послышались эти «аааар» и была объявлена тревога. Маргарет сидела дома и переписывалась с мужем. Тот тоже чертовски волновался, даже порывался всё же добежать до дома, но Марго запретила. Далеко бежать, мало ли, тюкнут клювом по голове, и что, ребёнок сразу останется без отца? Было решено ждать. Но то ли на стрессе, то ли просто само по себе, схватки учащались и учащались, и через те самые три часа Марго поняла, что ей уже очень нужен доктор, и ни до какой больницы она уже не доберётся.

Да уж, Джессика совершенно точно ничего подобного не предполагала. Они уже с сестрой потушили печь и убирались, а за столиком у окна сидел Энди и ждал её. В целом, Джесс вообще ждала только одного сценария — они прогуляются по поселению (выходить за пределы было уже темно), а потом пойдут к кому-то из них домой хорошего секса ради. Но даже если включить фантазию на полную, ни черта же до такого варианта развития событий не догадаешься, каким бы талантливым ни был.
Когда на открытое окно взгромоздилась тушка птицеящера, Джессика вздрогнула и снова продемонстрировала себя совсем не как леди в крепких выражениях. Испугалась немного от неожиданности. Хотя и не могла мысленно не отметить, как невозмутимо отреагировал на это Грант. Видимо, его таким было не пронять.
Джессика как-то очень медленно закрыла витрину. Она никогда таких животных не видела, особенно так близко, и что-то ей не нравилось, что она видела сейчас. По крайней мере, этот клюв не внушал никакого доверия. Может, спугнуть его как? Но даже додумать это до конца девушка не успела, летающий ящер решил, что бесят его эти люди и влетел в помещение.
Следом Джессика только и успела, что рефлекторно зажать от первого выстрела уши. В закрытом помещении, хоть и с открытыми окнами, звук был непередаваемый, совсем не как показывали в кино, знаете ли. Даже зазвенело в голове что-то.
— Блядь, как громко, — выдохнула Джессика.
Реакция у неё была не такой отменной, как у Энди, конечно. Она совсем не была военной. Но всё же и такой, типично описываемой девушкой не была. Ей было страшно, это факт, но голова при этом продолжала работать. Так что как только выстрелы отгремели, Джессика подбежала к окнам, принимаясь их запирать. И только тихо вскрикнула, буквально рукой отпихивая вторую такую тушку наружу.
— Что за херь! — уже куда громче возмутилась она, озвучивая, в целом, слова и мысли очень многих жителей Терра Новы на тот момент.
Сестра Джесс, Керри, тоже выскочила из кухни на выстрелы, но даже поинтересоваться, что тут происходит, не смогла. Так и замерла в шоке, глядя на это нашествие звероптиц на их окна.

К слову, если уж Алекс никак не мог поверить, что этот уже крепкий семилетний парень по имени Дэни так быстро вырос, что уж говорить о Джонни. Всё же была большая разница между братом, пусть и «доставшимся» с младшего возраста на поруки, и родным ребёнком. Извините за омерзительный цинизм, но для Джонни они с мужем буквально вот, чуть ли не на днях дрочили на брудершафт, чтобы сдать материал в специализированную клинику. А тут моргнул пару раз, и твоих девчонок вон уже чуть ли не замуж разбирают.
Но всё же, да, сейчас Джонни куда меньше волновался за этих самых девчонок. Подозревал, что они, будучи чертовски эмоциональными (в кого бы это?), будут бояться за папу, но Эрик был рядом, так что всё будет в порядке.
Дэни вот вряд ли так уж не переживал за старшего брата. Не потому, что не любил. Просто даже бы не подумал о том, что с ним может что-то случиться, и Алекс мог не вернуться. А ещё он совершенно точно не думал, что что-то могло случиться с ним самим — мальчишка же. Так что получилось всё вполне ожидаемо…
Джонни легко отвёз Аврору до научного центра, припарковавшись максимально близко, насколько это возможно, ко входу, чтобы девчонка мышкой юркнула внутрь. Потом повёз Алекса к его дому, но уже на подъезде подумал, что что-то не так. Свет в окнах не горел. Может, конечно, Маркус выключил его, чтобы не привлекать птерозавров ещё сильнее.
Но всё же, когда Алекс выскочил из машины, Джонни стартовать домой не спешил. Опять подумал о том, что муж и дети волнуются, но не мог же он взять и бросить Алекса. И тем более Дэни, которого дома, как и Маркуса, не оказалось.
— Спокойно, спокойно, мы их найдём, — как можно увереннее при всей своей эмоциональности проговорил Джонни. — Позвонил Маркусу?
Параллельно Джонни и сам набрал мужа. Пусть у их детей была разница в год, на Терра Нове не было такого чёткого деления на классы — слишком мало народа. Поэтому и Дэни, и близняшки учились вместе.
— Белло, ты случайно не сталкивался с Маркусом, когда забирал девочек? Их с Дэни нет дома, может, ты что-то знаешь…

Разумеется, Джеймс и мысли допустить не мог о том, чтобы отпустить Майки одного, когда за стенами их домика продолжала царить какая-то рептилоидная вакханалия. Так что принялся собираться вместе с доктором. Делал он это по-военному быстро, так что ждать шустрому пройдохе нисколько не пришлось.
И вот не прошло и пары минут с тех пор, как они оба оказались на улице, как Джеймс похвалил себя за такое решение. Майки только и успел, что обратить внимание партнёра на «птичку», восседавшую на перилах крыльца, да и тут же полез голыми руками к животному, настроенному явно не благодушно. Джеймс не знал, каким извращённым было восприятие доктора. У него вот и мысли не возникло потрогать штуку, которая орала так, как будто её пытали, и она была готова за эти пытки отомстить всем и каждому.
Так что в мозгу наёмника быстро щёлкнул переключатель, а палец быстро спустил крючок пистолета, с которым Джеймс вышел уже наготове. Тварь молча рухнула на землю, испачкав светлое крылечко брызгами крови.
Укоризненного взгляда Майки Уинфред не заметил. Он посмотрел на то, как взметнулись от громкого выстрела другие кожистокрылые подруги этой твари. Покружились всё с теми же невыносимыми воплями, да и явно направились к возмутителям спокойствия.
— Бля, — синхронно с Майки отреагировал Джеймс.
Он только и смог, что схватить партнёра чуть ли не за шкирку и бегом направиться к нужному дому, стараясь держаться у края построек. Находиться на открытой местности было явно опасно, учитывая, как старались пикировать эти твари со своими острыми клювами. Если уж пластик окна не выдерживал, черепушка мягкого человека тоже легко могла поддаться такому хищному напору, как пить дать.
Марго стояла, чуть наклонившись и облокотившись о стол, стараясь дышать ровно и глубоко, как её учил муж. Старания эти полетели к чертям, когда входная дверь с грохотом распахнулась, впуская внутрь двоих растрёпанных парней. Одного смурого, с каменной мордой лица, другого с горящими глазами и улыбающегося, аки сумасшедший. Но Майки тут уже все за полгода знали. Так что этому восторгу Маргарет не удивилась.
— Всё хорошо, это Майки, — выдохнула она мужу, который находился на видеосвязи с ней, поддерживая супругу, уж как мог в таких условиях.
Генри был чертовски взволнован. Не самим фактом родов, их он уже перевидал достаточно за свою практику, а всей ситуацией. Что не мог присутствовать, что заранее обговорённые планы полетели к чертям из-за неожиданного нашествия летающих ящеров. И каждый со стрессом справлялся по-своему.
Генри не паниковал, он, напротив, невольно хотел вновь взять ситуацию под контроль, поэтому Майки поначалу пришлось немного потерпеть — ему стали рассказывать, что нужно сделать. Не потому, что Генри сомневался в его компетенциях, он даже сейчас не думал об этом, честно говоря. Просто так ему, видимо, было проще.
— А… Уинфред тоже будет присутствовать? — поинтересовался Генри следом.
То, что Майки в этот момент буквально засовывал в его жену руку, дабы проверить раскрытие матки, его, к слову, не смущало. Врач же. Но наёмнику, как казалось Генри, в одной комнате с родами делать было нечего.
— Ты вообще интернов хотел позвать, — напомнила Марго, кривясь от не самых приятных, знаете ли, ощущений. — Руки лишними не будут.
— Я медсестра, — басовито подтвердил Джеймс.

Джессика только скривила забавную мордашку на эту карту новенького. Как будто она, «старенькая», хоть что-то знала, если задавалась таким вопросом. Но даже в стрессе она вполне осознавала, что это Грант сказал тоже так, к слову.
— Если эти макаки на деревьях жили, могли и стайку этих тварей прикормить, — хмыкнула она на вторую шуточку Энди. Тоже в основном пошутила, потому что не верила, что рептилий можно хоть сколько-нибудь приручить, особенно таких… очевидно туповатых.
Когда Грант повернулся к девчонкам, Джессика тоже повернулась посмотреть на сестру. Сама-то она всегда была куда более бойкой, чем Керри. И пусть она сама немало испугалась неожиданной ситуации, как-то, во-первых, быстро успокоилась. Рядом был мужик с оружием, они закрыли окна, оставив опасность снаружи — всё было хорошо. Во-вторых, Джесс выплёскивала адреналин в действиях. Керри же была куда более… нежной что ли, хотя и была старше сестры на почти полтора года.
— Д-да, да, всё в порядке, я просто в шоке, — очнулась после паузы Керри, поняв, что слишком долго молчит, пока на неё все смотрят.
Пока Энди разговаривал с Тейлором, в стекло врубилась ещё одна «птичка», заставляя девчонок вздрогнуть от неожиданности.
— Иди в жопу, у нас закрыто, — пробормотала Джессика, больше прислушиваясь к разговору с местным главненьким. Интересно же, что за кошмары происходят снаружи.
Правда, оказалось, что никто пока ничего не знал. Просто эти клювастые штуки прилетели и решили, что Терра Нова им шибко нравится, а вот люди здесь нет.
— Приборы и салфетки понадобятся? — поинтересовалась Джессика, с непробиваемым лицом протягивая Гранту пакетик побольше. Крафтовый, хороший, для тортиков. Совсем не для трёх килограмм мёртвой рептилии с крыльями.
Честно говоря, ей совсем не хотелось, чтобы Энди уходил за очередными своими геройствами. И даже не столько потому, что боялась за него (хотя здравые опасения, разумеется, были, Джесс было совсем не плевать на этого дылду). Просто… было как-то не комфортно оставаться вдвоём с сестрой в закрытой кафешке, пока в окна ломятся какие-то черти летающие. Вот та ситуация, когда вооружённый мужик под боком, знаете ли, очень бы не помешал.
Но всё же Джессика промолчала. Надо, значит надо. Мешать Гранту она бы не стала из-за своих девичьих страхов. Да и, пожалуй, лучше пойдёт Грант, привыкший ко всяким дерьмовым условиям и ситуациям, чем кто-то менее подготовленный. Так меньше шансов потерять кого-то из и без того мелкого населения Терра Новы.
— Постарайся так тупо не помереть, ладно? — только и сказала Джессика, пару раз коротко целуя мужчину.

Джонни уверил мужа, что они в порядке. В бронированном военном джипе им ничего не угрожало. Тут же даже стёкла были рассчитаны на то, что в них должны были стрелять, не то что бить какими-то там клювами. А следом позадавал ещё вопросов. Может, Терри видел самого Дэни, может он куда-то с кем-то собирался.
На самом деле Маркус Дэни ещё продолжал встречать со школы. По крайней мере, когда Алекс был за периметром. Доктор чувствовал слишком сильную ответственность за этого пацана, особенно в отсутствии официального опекуна и родственника, так что… Да банально хотел перебздеть, чтобы совесть была чиста.
Однако в этот день получилось так. Маркус действительно встретил Дэни, хоть и не пересёкся с Эриком по времени, и они пошли домой, чтобы совместно поужинать. А после ужина Маркус вполне себе спокойно отреагировал на то, что Дэни собрался на часик-другой погулять с другими ребятами — до темноты ещё было время. Да и держать парня взаперти Маркус не собирался. Он встречал-то Дэни тупо потому, что больница была недалеко от школы, и почему бы вместе не провести некоторое время?
И вот когда Дэни ещё был на улице (естественно, ровно с наступлением сумерек ни один мальчишка не возвращался), случился этот налёт. И тут уж Маркус совершенно не думал. Вытащил из сейфа пистолет, который ему, скрепя сердце, «выписал» Тейлор после долгих нападок военного врача о его личной безопасности на выездах за периметр, да пошёл искать ребёнка.
Пожалуй, он сорвал весь голос, пока звал Дэни, пытаясь перекричать этих ящеров, орущих стаей просто невыносимо громко и противно. Один из птерозавров успел садануть Маркусу вдоль виска, пока не был застрелен. Еле успел отклониться, а то бы и в глаз этим клювом прилетело — поминай, как звали. Но за себя Маркус как-то испугаться не успел. У него, блин, ребёнок был где-то на улице, и дай бог успел забежать в чей-то из домов. А если нет?
Когда в основных «гулятельных» местах Маркус никого не обнаружил, то поморщился и направился к «тайной лазейке» наружу. Той самой, которой пользовались и взрослые, сбегая до озера, и которую жуть как любила молодёжь.
Там-то Дэни и обнаружился вместе с ещё парочкой ребят до десятилетнего возраста, нерешительно жмущимися к кустам у забора. На миг Маркус испытал облегчение. Однако Дэни не так чтобы и радовался «спасению».
— Маркус, там Трейвис! Он в теплице! Он хотел добежать до дома, и его поклевали, — воскликнул первым делом мальчишка, когда увидел доктора.
Невольно Маркус посмотрел на отдалённый ряд теплиц. Над одной и впрямь кружилось особо большое число птерозавров, видимо, на кровь они тоже неслабо реагировали.
Трейвиса Маркус тоже знал, конечно. Это был парень постарше, ему было уже около двенадцати, и он был типичным зачинщиком. Подбивал малолеток на всякие выходки, а те и рады были за ним следовать. Но всё же за парня сердечко сжалось. Все пацаны в пубертате такими будут, что уж тут, он был не виноват.
Но сперва Маркус занялся всё же малышнёй, рядом с которой стоял. Оставлять их тут одних снова доктору претило. Так что перебежками они добрались до ближайшего жилого дома, куда Маркус чуть ли не без разрешения запихнул всех троих. Впрочем, хозяева были и не против, и охотно поделились с Маркусом всякими бытовыми вещами, которые могли помочь при кровотечениях в полевых условиях. С этой паршивой «укладкой» (ну что же, и не с таким говном работали) Маркус побежал прорываться сквозь агрессивных пташек.
В этот-то момент ему и позвонил Алекс. Так что доктор как-то не мог оперативно взять трубку, его тоже очень сильно хотели добить и поесть. Только когда Маркус закрылся в уже перекошенной легковесной теплице, которая хоть немного защищала от птерозавров, он быстро нажал на ответ, да и бросил коммуникатор прямо на грядки, нависая над Трейвисом, пытаясь экстренно понять, где повреждения самые критичные.
— Да, — кратко бросил Маркус и повторил на последующий вопрос: — Да.
Уже осматривая в темноте под неверным светом фонарика тело прерывисто дышащего и бледного подростка, доктору подумалось, что Алексу бы не помешало чуть больше информации.
— Дэни… он у… как их… Он у Смитов, — рассеянно проговорил (а точнее прокричал, учитывая визги вокруг) Маркус.
А ещё через секунду возникла ещё более трезвая мысль.
— Ты с Джонни? Ты у дома? — куда более вовлечённо спросил Маркус. — Возьми мою укладку, езжайте к теплицам, где… где… где этот тайный выход к озеру.

Женщины вообще испокон веков, кажется, старались рожать в самое неподходящее время. То по ночам активизировались, то во время всяких непредвиденных или опасных ситуаций. Маргарет, кажется, сегодня решила собрать комбо.
При этом сама она как-то не сильно-то и волновалась. Беспокоилась, но ровно до тех пор, пока не пришёл Майки. Ему она вполне себе доверяла, знала, что тот работал военным врачом в куда более худших ситуациях. Так что смогла абстрагироваться от всех этих воплей снаружи и ударов тушек ящеров по окнам. Сейчас ей главное было нормально родить.
Генри беспокоился куда сильнее. Ну, это потому, что он присутствовал лишь номинально, по видеосвязи, а это совершенно не успокаивало. Он же толком даже не видел ничего, Маргарет на одном месте не стояла.
У него не было прямо цели принимать роды. Он просто хотел присутствовать на рождении своего первенца, это было понятное мужское желание, даже похвальное. Просто так как был акушером, вполне себе мог и совместить присутствие с активным участием, так сказать. А тут его невольно лишали и того, и другого.
Но всё же перед Майки он извинился за свои непрошенные советы. Даже подумал, как самого бы взбесило, когда другой врач полез бы со своей компетенцией. Правда, от волнения ещё пару раз всё равно встревал в процесс, и снова извинялся, когда осознавал.
Джеймсу же терять было нечего. Он тоже видел всякое, а к женщинам не питал никакого интимного интереса, так что в ужасе бы не остался, даже если заглянул бы под юбку. Да, это было неприятно, но что же, Уинфреду с ними и не спать потом.
Он действительно больше караулил, не прорвётся ли кто-то извне в домик, но и выполнял некоторые поручения Майки. Застелил вот пол всем, что нашёл по советам Маргарет. Крови будет явно немало, пачкать всё вокруг не захотелось никому.
Правда, первым ливанула не кровь, а околоплодные воды. Видимо, ребёнку уже не нравилось, что к нему так часто лазает рукой какой-то сторонний дядя.
— Извини, — хмыкнула Маргарет и проговорила для мужа, который этого уже точно не видел (было бы странно ставить коммуникатор прямо перед… ногами). — У меня воды отошли. Прямо на Майки.
Правда, последнего этот факт совсем не смутил. Во-первых, ну что там, руку замочил. Во-вторых, воды были чистыми, не зелёными, безо всякого там запаха, так что всё было в порядке, а это не могло не радовать врача. Извините, на дому справляться с какой-нибудь гипоксией плода было бы отвратительно.
— Где там ваш Родни, — процедила Маргарет, даже от боли не теряя чувства юмора. — Я же обещала родить прямо на него…

Свою, свою. Ни Энди, ни Джессика, конечно, не светились, как те самые начищенные самовары, но всё же, пожалуй, встречались. Джесс всё равно вон беспокоилась за Гранта. Пыталась посмотреть из окна, как он добирается до центра, но довольно быстро угол обзора перестал позволять это. Так что оставалось только ждать, покусывая в некоторой нервозности губы. Сёстры прекрасно слышали выстрелы, те заглушали даже крики летающих тварей.
— Дырку теперь как-то заделывать, — от нечего делать проговорила Керри, глядя на пулевое отверстие в стене, оставшееся от первого выстрела.
— Да и чёрт с ней, главное, витрины не разбили эти твари, — рассеянно проговорила Джессика, но так-то была права.
Пулевое отверстие в стене легко заделать и закрыть. А стекла у них тут уже такого не было. Всё имеющееся было с Земли, куда доступ был закрыт теперь.
Через какое-то время позвонил Энди, и Джесс смогла выдохнуть с облегчением. Нет, правда, было бы чертовски глупо пережить налёты на Шестых и неоднократно, и погибнуть от местной живности. Глупее вон, разве что, от аллергии коньки отбросить, конечно. Да, Джессика уже тоже слышала про эту историю о младшем Гранте.
— Нормально, мы выключили свет и вроде как они перестали врезаться в окна, — отозвалась Джессика.
Она дала понять, что лучше бы Энди повторно не рисковал и посидел тоже в центре. Пока вроде как им с сестрой ничего не угрожало, так что зачем было испытывать судьбу. Лучше вон, пусть охраняет девчонок из центра, которые свет выключить не могли, так как работали.

Джонни перестал говорить, когда Маркус взял трубку. Звонок Терри он не сбрасывал, но муж вряд ли слышал слишком хорошо в этом хаосе, что там говорил Алекс.
— Беги за укладкой, погнали, — сказал товарищу Джонни, а для мужа повторил: — Дэни в порядке, а Маркус попросил приехать с его сумкой. Кого-то, видимо, ранили эти твари.
Пока Алекс бегал в дом и обратно, итальянец ещё десять тысяч раз попытался сказать мужу, что всё будет в порядке с ним, и он будет аккуратен. И даже немного с Энджи успел поговорить, успокаивая свою распереживавшуюся малышку.
— Всё, стеллина, папе надо ехать, не плачь, — мягко проговорил Джонни, который ещё буквально пять минут назад матерился как сапожник в машине.
Едва Алекс захлопнул дверку, Джонни тронулся с места. Ехать совсем быстро по поселению он не мог. Мало ли кто ещё мог пробежать в скудном освещении. Да и птицеящеров становилось многовато, то и дело норовили влупиться в бампер, реагируя на свет фар.
Однако расстояния для машины тут всё равно были маленькими, прошло, пожалуй, минут пять, когда они уже достигли того дальнего конца забора, где и был тот самый «тайный» лаз, известный здесь всем и каждому.
— Кажется, Маркус во-он в той теплице, — недовольно протянул Джонни.
Над одной из ряда этих белых конструкций вилось куда больше тварей, чем вокруг. Каркас теплицы изрядно был измят и изрешечён дырками от клювов, но ещё держался. Не зря, видимо, ботаники свой хлеб ели. Мысленно Джонни перед ними извинился, когда проехался прямо по всем этим грядкам.
— Готов выбегать? — только и спросил Джонни.
План они не обсудили, как-то времени на то не было. Но очевидно же, что стоило выбегать крайне быстро, можно сказать, не дожидаясь полной остановки машины.
Добравшись поближе, Джонни изо всех сил нажал на сигнал. И от громкого резкого звука туча этих небольших ящеров взметнулась, на какое-то время освобождая дорогу.

Нет, Уинфред, пожалуй, вряд ли бы послушался Майки, поступи от него такой «приказ». Всё же он врачом не был, а человеком, на самом деле, был не самым плохим. Так что очень хорошо понимал волнение Генри. Всё же не каждый день он отцом становится, можно и побыть несколько часов невыносимым для окружающих. Всё же таинство деторождения, как ни крути, было делом довольно нервным для всех участников процесса.
Если ты не Ричард, конечно. Джеймсу даже стало на миг интересно, вспоминал ли их снайпер ту девчонку, в которую был влюблён настолько, что обрюхатил. Или сбежал в другой буквально мир, да и выкинул из головы, как нечто несущественное?
Впрочем, прямо таинства у местного деторождения как-то не осталось. Так оно было почти всегда, но Джеймс этого не знал. Впервые, знаете ли, присутствовал в месте, где девчонка безо всяких сомнений стащила с себя всю одежду ниже пояса, и преспокойно в таком виде находилась в компании двух мужчин. Пока муж по видеосвязи всё это наблюдал.
Но Маргарет по понятным причинам было сейчас совершенно не до стеснения. А в скором времени она будет готова хоть всей улице свои прелести продемонстрировать, лишь бы это всё прекратилось поскорее. Она только и думала о том, что надо было всё же ложиться на планируемое кесарево и не мучиться. Но нет же, не захотела лишний раз оперироваться, тем более, что родовые пути у неё были достаточно широкими, чтобы справиться с немалым плодом.
— Да ты подожди потуг, — хмыкнула Маргарет, обмахивая лицо в перерывах между схватками, ставшими уже такими сильными и частыми. — Я, конечно, сделала клизму, но сам знаешь…
Джеймс всё это время помалкивал. Честно говоря, зрелище его не пугало, но определённо он был в шоке от женского пола. Сначала из тебя течёт одно, потом ты, возможно, ещё и обделаешься, и при этом спокойно реагируешь на то, что скорее всего зальёшь пол кровью. Даже для бывалого наёмника звучало как крайне паршивый сценарий. Ан нет, женщины вон добровольно шли на этот сценарий и не жаловались.
— Чувствую, что если мы и захотим второго, его уже будет рожать Генри, — простонала Маргарет, пытаясь снова вспомнить, как там дышать.
Ну а дальше всё было только хуже. Хотя для врачей всё шло преотлично. Никакого тебе обвития пуповиной, ни застревания в тазу. Да, крупная головка ребёнка (Генри был мальчиком не маленьким, и сын у него, видимо, был таким же) порвала Марго довольно сильно. Точнее, там Майки помог. Уинфред уже не в шоке, а в ахуе смотрел, как тот без наркоза подрезает, кхм… родовые пути, да. Но судя по крикам девушки она эти разрезы особо и не почувствовала. Даже, наверное, ощутила некоторое облегчение, что пошло как-то полегче.
И длилось это всё не меньше часа, а, скорее всего, ещё дольше. Первые роды всегда были долгими, даже если нормальными по всем медицинским показаниям.

Джеффри тоже волновался, конечно. Он знал, что Аврора была на выезде и должна была как раз вернуться в это время. Сам он проводил время с братом и собирался пойти «домой», когда началась вся заварушка и поступило оповещение не покидать домов. Джеффри тут же стал звонить девушке (точно своей), но ту уже безопасно довезли до научного центра, и на какое-то время наёмник успокоился.
Волновался немного и Дерек. С Эрикой он связался, и та успела добраться до дома без каких-то травм. Но жила она одна, и парни подозревали, что сейчас ей было не слишком-то комфортно, когда в окна лупились эти твари. Так что Хьюстоны, посовещавшись, решили добраться до девушки. Точнее, отправлялся один Дерек, а Джеффри оставался с их милой бабулей, у которой они и сидели тем вечером.
За брата Джеффри тоже поволновался, но тот добрался с парой царапин, как и Грант немногим позже. Они тоже созвонились. Так весь вечер и звонили всем подряд в шоке от того, что вообще происходило.
Джеффри ещё раз связывался с Авророй, а потом вот позвонил Грант. Старший Хьюстон только усмехнулся и так же серьёзно ответил:
— С т-террористами п-переговоров не веду.
Ну а что вы думали дядьки за сорок с военным прошлым и наёмным настоящим всегда были серьёзными и скучными что ли?
Да и Джеффри знатно успокоился, когда услышал голос Гранта. Лучшему другу он доверял на все сто процентов. И, да, мог доверить и любимую девушку. Знал, что Энди сделает всё возможное, чтобы та не пострадала в случае чего.
— Т-то есть б-бросил свою девушку ради моей. А ещё лучший д-друг, н-называется, — хмыкнул следом Джеффри.

Пока одни детей принимали на свет, другие спасали, третьи, в чью численность входил Ричард, детей делали. Грант младший был с девчонкой, у неё же и остался, когда всё началось. Да и, собственно, скучно было слушать, как эти ящеры долбятся во все проёмы. Так что Ричард утащил девушку обратно в постель, время скоротать.
Так что Энди позвонил ужас как не вовремя. Но не принять сигнал от командира Ричард не мог. И тут речь шла именно о командовании. Как за брата, за Энди Рико не беспокоился. Этот хрен за себя точно постоять сможет, вряд ли с ним что-то случилось.
— Ох, блядь… ща буду, — выдохнул Грант, посмотрев на девчонку. — А бронированного такси мне не положено? Понял, будем прорываться.
Тут даже объяснять девчонке ничего не нужно было. Так что Рико только бросил: «Прости, долг зовёт», да принялся собираться, гадая, чем же он мог помочь в борьбе с этими агрессивными птичками-невеличками.
До центра добраться было не просто. Грант-младший был крайне зол, когда это всё же случилось. Ему как-то совсем не понравилось быть исцарапанным и поклёванным. А от жилого домика где он был, дорога до центра была не такой уж и близкой, точно не как от пекарни, мать их общую с братом за ногу.
— Серьёзно? — буркнул Рико, когда ему озвучили причину его крайней необходимости.
Но больше ничего не сказал. Как уже было говорено, Энди он слушался, и только брат мог подавить эти вспышки агрессии одним лишь только холодным взглядом. Так что Рико молча забрал у него ружьё с транквилизатором, молча вышел на крылечко и через некоторое время молча же вернулся, грубовато шлёпнув пару тушек девчонкам на стол. А то вдруг с первого раза парнишка крылатый попадётся.

Маркус даже не моргнул, когда раздался громкий сигнал автомобиля. Или когда хлипкую дверцу теплицы распахнула рука Алекса, и тот ввалился следом. Как Маргарет там сосредотачивалась на родах, Маркус тоже обратил всё внимание Тревису и его спасению. Отвлёкся только на секунду, когда рядом шлёпнулся рюкзак.
— Жнаю, — пробормотал Маркус, зажимая фонарик зубами. — Жажми тут. Крепко жержи.
Освободив руки, Маркус нырнул в рюкзак, весь испачканный кровью ребёнка. Ловко набрал все нужные препараты, прогоняя по вене то один, то второй. И только когда выполнил всё экстренное, что только мог на месте, чтобы хоть немного стабилизировать пациента, резковато закинул рюкзак на плечо и выплюнул фонарик.
— Поехали в операционную, — скомандовал он последний разочек.
Сам же и поднял мальчишку на руки. Несмотря на экстравагантный вид, Маркус был вовсе не хлипким педиком. Алекс ему понадобится, чтобы отгонять этих тварей, слетевшихся на запах крови, как вороньё.
Только в машине Маркус смог напряжённо рассказать ребятам о случившемся. Как нашёл детей, запихал их к Смитам неподалёку, а пока те обзванивали родителей остальных двух мальчишек, побежал к Тревису. Его изрядно изодрали эти летающие ящеры, и то ли клювом, то ли когтем пробили крупный сосуд на ноге. Парень успел спрятаться в теплице, но кровь остановить не смог, естественно, и через какое-то время начал терять сознание.
— Мне надо что-то об этих штуках знать? — поинтересовался Маркус у Алекса, который у них вроде как был за знатока динозавров. — Вдруг они ещё какие-то ядовитые…

Джеймс пребывал в перманентном шоке от того, сколько всё же жидкостей вытекало изо всех щелей во время естественных родов. И воды, и кровь, а потом ещё и слёзы. Мать плакала от боли и гормонов, отец — от волнительного момента и осознания, ребёнок просто так, от нежелания быть в этом страшном мире, врачи — от счастья, что без осложнений, Джеймс — от того, что наконец-то всё закончилось.
Ну ладно, Майки и Джеймс на самом деле не плакали. Фогели втроём справлялись за всех пятерых, молодцы.
— По ощущениям он из меня совершеннолетним вылез, — посмеялась сквозь слёзы Марго, которая, пожалуй, больше всех была рада тому, что почти всё закончилось.
Потом, правда, схватки возобновились — организм пытался вытолкнуть всё лишнее, но всё же плацента — это не крупный ребёнок. Было больно, но не до таких пор, чтобы хотелось не меньше, чем помереть. И ведь Майки ей делал анестезию, но всё же местный наркоз если и помогал, то не шибко-то сильно.
— Чёрт, — внезапно проговорил растроганный отец. — Кого-то везут в операционную. Перезвоню позже. Надеюсь. Люблю тебя.
— Я тебя тоже, милый, — отозвался Джеймс.
Генри не успел даже отреагировать на это, так быстро убегал. Вот же не повезло Терра Нове. В ночь на такую неприятную ситуацию, дежурным врачом был акушер. Нет, Генри тоже проводил простые операции — кесарево же делал, как и другие операции на матку, почему бы, к примеру, и аппендикс не удалить. Но всё же от полноценных хирургов он отставал.
Зато Марго немного поругалась на Джеймса. Не за сам ответ, а потому что смеяться ей было сейчас как-то не очень приятно.
А между тем Майки снова был между её ног. Вот прямо буквально. Что-то там колол, что-то там шил, заставляя Маргарет морщиться от ещё одной не самой приятной процедуры.
— Уже придумали, как назовёте? — поинтересовался Уинфред, чтобы как-то отвлечь и без того паршиво выглядящую девушку.
Это в фильмах и дети чистенькими рождаются, и у мамаш даже укладка не портится. В жизни оба участника сего процесса были красными, мокрыми от пота, зарёванными, со слипшимися волосами. Но, главное, живыми и здоровыми, верно же?
— Дэниел, — отозвалась Маргарет.

Генри же пришлось от лицезрения одной кровавой бани перейти к другой. Сигнал от Джонни поступил буквально за минут семь до прибытия самой машины. Врач даже не успел как следует подготовить операционную, хоть и рванул сразу же по звонку. И через обозначенное время в комнату ввалились двое окровавленных мужчин — у обоих лица были изрядно залиты кровью, неся на руках не менее окровавленного подростка.
В целом, стерильностью больше и не пахло. Можно было и не готовиться. Впрочем, Генри прекрасно понимал — в их условиях скорость была важнее.
Пока он буквально срезал одежду подростка, уже и без того изрядно изрезанную Маркусом, последний как раз «мылся». А точнее закатал рукава, быстро, хоть и тщательно отмыл руки и тупо залил антисептиком чуть ли всего себя.
Алексу, просто на нервах залетевшему следом за врачами, тоже досталась работёнка. В машине Маркус немного оправдал Дэни. Мальчишка как раз поступил правильно, что остался стоять в стороне и ждал взрослых, а не полез, как Тревис, в самое пекло риска. А то, что они пошли за периметр… Не первый раз же, все так поступали. Кто же знал, что в этот раз на поселение нападут какие-то крылатые ящеры.
— Найди, пожалуйста, карту Тревиса, — кивнул Маркус Александру на медицинский планшет на стене операционной. — Какая группа крови?
Конечно, в первую очередь в подростка вольют универсальную, первую отрицательную. Но Терра Нова была маленьким поселением. Банка крови как такового у них не было. Хранился вот небольшой запас на такие экстренные случаи той самой первой группы отрицательного резуса, да и только. Далее стоило искать донора.
Генри тем временем подключил мальчишку к аппаратам, сигнализируя Маркусу о низком давлении и других показателях. Те были не удивительными, конечно, но знать их было нужно. Залив и самого ребёнка антисептиком, Маркус склонился над самыми важными ранениями, принимаясь методично прочищать, обеззараживать и коагулировать их.
Алекса же параллельно сгоняли, как заправскую медсестру, за той самой кровью, и Генри поставил пареньку катетер.
— Кто у нас ещё со второй положительной? Посмотри, пожалуйста, кто ему больше подходит. Там есть кнопка совместимости… — бормотал Маркус, параллельно и слушая ответы Александра, и ушивая крупные сосуды.
На ответ от партнёра хирург только хмыкнул. Повезло Тревису, конечно.
— Привезите обоих на всякий случай, — проговорил Маркус, когда оказалось, что подростку больше всего подходили братья Гранты.
Забавное дело, если так подумать. Насколько разными братья были внешне и по характеру, и настолько же одинаковыми были внутри. Одна группа крови, одни перекрёстные показатели, даже аллергоанамнез был почти один в один.

Джеффри только посмеялся на рассказ друга о кровожадности его девушки. И самокритично ответил:
— Ну, к-кто-то же д-должен быть смелым и решительным в п-паре.
А в остальном Энди был как всегда прав. Отношения у его лучшего друга, конечно, были за эти чуть более, чем пятнадцать лет, но вот чтобы прямо влюбиться… Долгое время Джеффри никак не мог отпустить умершую жену, а потом как будто разучился испытывать всякие тёплые чувства с такой-то жизнью и работой.
А тут, в Терра Нове, как будто отпустило. Да и Аврора была, вот честно, какой-то особенной. Джеффри это даже объяснить не мог. Его не накрывало розовым романтизмом, но просто оказалось, что эта девушка была «его человеком». Когда ещё толком друг друга не знаешь, а всё равно вместе становилось по-особенному комфортно. И хотелось почаще чувствовать этот комфорт, а вместе с тем и чаще улыбаться, да.
Так что Хьюстон быстро позабыл о пресловутой разнице в возрасте. Какая, действительно, разница, если их обоих это устраивало? Аврора тоже, кажется, перестала переживать на этот счёт. Ещё испытывала некоторую неловкость при старшем Гранте, но это дело десятое. С Энди ей не жить, в конце концов.

С Рико Аврора сталкивалась из всей этой братии реже всего. Всё же Энди был лучшим другом её партнёра (как-то бойфрендом всё же этих мужиков называть не поворачивался язык), Дерек — братом. Джеймс теперь был постоянным приложением к Майки, с ним теперь тоже чуть ли не все знались, так как знались с Майки. А Ричард как-то всегда оставался в стороне.
Со старшими, Энди и Джеффри, он не так чтобы часто проводил время (кто вообще постоянно проводит время с братьями, если ты не Хьюстон?). Дерек и Джеймс были для Рико ближе, но у тех появились отношения, а это значило, что любым дружеским посиделкам они предпочитали своих партнёров, что логично. А у Ричарда этих партнёров было… Скажем так. Не то количество, чтобы преспокойно с какой-то одной в свет выходить.
Так вот, Рико же прекрасно знал девушек своих друзей, он всё же не сволочь, и на чужое зариться бы не стал. И посему Аврора попадала в эту категорию «девушек друзей». При которых он мог вести себя естественно, не пытаться строить свои оленьи глазки и улыбаться, если того не хотелось. Вот после пробежки под градом птерозавров Ричарду как-то совершенно претило давить из себя милые улыбки. А по характеру он был тем ещё дерьмом.
Вот и злился. Но не на Аврору и не на брата, просто в воздух, на всю ситуацию. Конечно, срывать свою агрессию на девчонках даже такой отбитый как Ричард бы не стал. Так что зря Аврора побаивалась его. Он просто был говнюком, да и только. Энди тоже вот был не сахар. Просто умел эмоции при себе держать (что, честно говоря, делало его даже опаснее, чем вспыльчивого Ричарда, по которому можно было заранее понять, что тебе хана).
На первую шуточку брата про охотника Рико промолчал. Это потом уже подумалось, что фраза и впрямь была смешной. Охотник на крылатых женщин, мать вашу. Но агрессия плохо сочеталась с чувством юмора. А вот от второй Ричард всё же усмехнулся. Он уже выместил часть своего негатива на птерозаврах, так что стало полегче.
— Видимо, среди клювастых девчонок я не котируюсь, — хмыкнул он в ответ.
Рико посмотрел на запас транквилизатора.
— Чё, пойдёшь со мной? Может ты в их вкусе, — хмыкнул он брату. — А то я прямо-таки манок для педиков.
И когда и местная дверь с грохотом распахнулась, Ричард невозмутимо указал на вбежавшего Алекса.
— Я ж сказал.

Основные волнения закончились, и новоявленная мать отдыхала, честно даже не пытаясь всё ещё чем-то прикрыться. Как-то даже сводить ноги сейчас не больно-то хотелось, даже учитывая действующее обезболивающее. Но Майки такими видами было совершенно не смутить, да и Джеймс за эти часы как-то попривык.
— Ой, да залезь в холодильник, — спокойно отозвалась Марго на заявление коллеги-врача. — Что найдёшь, всё твоё.
Еда в доме была, даже уже готовая, только разогреть. Так что кухня была полностью в распоряжении Майки. Маргарет совершенно не возражала тому, что в её доме сейчас похозяйничают.
Джеймс же на правах самообъявленной медсестры принялся убираться. Он подошёл к окнам сперва, птерозавры продолжали биться о стёкла, но те выдерживали. Подумалось даже, что, в целом, удачно вышло, что крылатые твари оказались ночными. Большая часть населения с наступлением темноты всё же сидели дома, и, оказалось, что этого было достаточно для безопасности.
— А кто-то сейчас в баре торчит, — протянул Джеймс. — Представляешь какая там сейчас выручка конская.
А потом вот принялся убирать все эти окровавленные и мокрые от вод полотенца с пола, вытирать всё, что пролилось, так сказать, мимо. Он-то не устал просто стоять на страже и выполнять какие-то мелкие поручения Майки. Так что просто хотелось что-то делать, чтобы не торчать без дела. Понятное дело даже для наёмника, что только что родившую женщину они наедине с ребёнком не бросят. Мало ли, ещё какое кровотечение откроется или птерозавры всё же продолбят стекло и влетят сеять хаос.
Маргарет вежливости ради хотела было сказать, чтобы Джеймс не парился, но тот пожал плечами — ему было не сложно. Ну что, она едва отдохнёт с тряпкой будет стоять полы надраивать? Или муж, когда вернётся с ночной смены, которая явно затянется, когда в больницу смогут подтянуться другие раненые?

В целом, это было хорошим решением. Так уж получилось, что Майки и Уинфред проводили эту ночь в куда большем комфорте, чем остальные.
Маркус как-то даже не задумался над тем, где была дежурная медсестра. Просто принял как факт, когда увидел в операционной одного Генри, что помощников не будет. Для военных врачей это было привычным явлением. Майки вон тоже даже ни разу не посетовал на то, что нет дополнительных рук, использовал Уинфреда. Так и Маркус тут же принялся пользоваться тем, кто был рядом — Александром.
В военных условиях, полевых, они ровно так же использовали помощь сослуживцев, оказавшихся рядом. Тут подержи, тут зажми, помогай спасать товарища.
Так что зря Александр сетовал на себя. Маркус совершенно не парился по поводу того, что ему приходилось давать больше указаний, чем уже знающему человеку. Партнёр отлично справлялся, между прочим, для человека, который внутри медицинской кухни оказывался первый раз. Быстро понял, куда там чего нажимать на планшете, да и их скромный банк крови нашёл оперативно, так что не прошло и минут десяти, как Тревис получил первую порцию крови.
Вот когда Александр поехал за тёзкой и его братом, Маркус поинтересовался у Генри, где медсестра. Не в укор партнёру, просто чтобы понимать — может ту вообще прибили, извините, у них экстренная ситуация. Оказалось, пошла домой, так как забыла ночной собранный ужин, а вернуться уже не смогла.
Маркус её не винил. Всё же было спокойно. В больнице никто не лежал, ни беременных, ни раненых, так что на месте Генри он бы тоже отпустил девчонку на двадцать-то минут до дома и обратно.
— Марго родила, — поделился Генри и радостной новостью.
— Когда успела? — удивился Маркус, переключаясь на другую глубокую рану.
— Вот прямо полчаса назад. Собиралась уже идти сюда, но не успела даже из дома выйти, представляешь, — поделился прожитыми переживаниями акушер. — Майки со своим пробились к ней, мы же недалеко друг от друга живём.
— Всё в порядке?
— Да, она молодец, — улыбнулся Генри.
Маркус поздравил новоявленного папашу. Даже немного посочувствовал, насколько мог, не теряя концентрации. Всё же паршиво. И сам поприсутствовать не смог, и ещё и вот эта смазанная радость, сменившаяся на волнение за Тревиса.
Через некоторое время в операционную заглянул вернувшийся Александр и сообщил, что привёз старшего Гранта. Младший был ещё занят.
— Сейчас подойду, спасибо, — отозвался Маркус.
Закончив с основным, он оставил Генри ушивать наружные раны, да продолжать бесконечно обеззараживать их — всё же акушер был куда почище. Стянув кровавые перчатки и маску, буквально на ходу меняя их на чистые, Маркус вышел, быстро находя взглядом другого Александра, того, что не герой.
— Алкоголь, препараты, что-то принимал последние сутки? — поинтересовался Маркус на ходу, позвав жестом Энди за собой в соседний буквально кабинет.
К счастью, этот Грант пил довольно редко, и последние сутки вёл буквально праведный образ жизни. Не считая курения, но это на кровь не влияло.
Усадив Энди в кресло, Маркус ловко набрал у него пробирочку крови, всё равно быстренько запихивая её в современный аппарат. Мало ли человек заболевал и не знал об этом, или у него вдруг развивалась серьёзная анемия. Причин отказать в донорстве было много, но, наверное, к несчастью Энди, он оказался здоров, как бык.
— Что вы делали в научном центре? — поинтересовался Маркус, пока ждал результат.
Они, конечно, совершенно не были даже приятелями с Грантом, но стоять вот так минут пять в полной тишине было странно даже для таких антиподов, как они.
— Какие красивые у тебя показатели, — через эти пять минут одарил странноватым комплиментом Маркус Энди, пробегаясь взглядом по цифрам на планшете. — Всем бы такие. Ел когда в последний раз? Ага, ясненько…
Подготавливаясь к забору крови, Маркус набрал своего Александра, который постеснялся торчать в кабинете рядом со старшим по званию.
— Ты ещё не успел сбежать? — по громкой связи, шурша всеми этими индивидуальными упаковками, спросил хирург. — Захвати пару сладких батончиков и сделай, пожалуйста, чай. Будешь моим медбратом сегодня, похоже…
Последнюю фразу он пробормотал уже просто в воздух. Но Маркус собирался забрать у Энди не меньше четырёхсот миллилитров крови. Учитывая, когда тот ел последний раз, голова у него будет кружиться так, что командир встать не сможет. Стоило восполнить хотя бы глюкозку в крови, плюс жидкость.

Ричард остался с девчонками наедине, чтобы добыть для них ещё одну девчонку. Как бы это странно ни звучало.
— Может, у них хоть какие-то отличия есть? — поинтересовался Грант перед выходом наружу. — Типа самки крупнее или вроде того?
Понятно, что ночью он вряд ли различил бы цвета или какие-то метки. Но чём чёрт не шутит. Вот так стрелять в тучу, вьющуюся над домами, это же пятьдесят на пятьдесят. А закон подлости всегда был сильнее.
Но всё же со второй попытки у него получилось. Из снова двух подстреленных туш, одна оказалась девчонкой. Видимо, случайно под горячую руку попалась.
— Вот вы, девчонки, всегда изворотливее, — хмыкнул Ричард на прощание в лёгкой шуточке, которая, в общем-то, шуточкой и не была.

Маркус как-то и не думал, что ему сильно удивятся. Он, действительно, был врачом, это была больница, где же ему быть, как говорится. Единственное, что было удивительного — отсутствие медицинской одежды. Маркус был в своей обычной, и выглядела она после всех этих схваток с птерозаврами и ковыряния в теплице не слишком-то опрятной. Ну и лицо, залитое собственной запёкшейся кровью, тоже.
Впрочем, именно они — Маркус и Энди — друг друга и не в таком дерьме видали. Правда, тогда на них ещё были дыхательные маски.
— Должно быть, непривычно вдруг стать героем, — хмыкнул Маркус в ответ на пояснение Гранта, что они с братом забыли в научном центре.
Сам хирург тоже не слишком-то разбирался в том, что биологи делали с животными и что вообще могли придумать. Он больше во внутреннем мире человека был сведущ.
Что касается подкармливания донора… Ну, сейчас они были не на войне. Да, в тяжёлые времена доноры просто отлёживались сколько уж могли, да обратно в строй, кружилась там голова или не кружилась. Сейчас геройствовать было не обязательно. Так что зачем издеваться над донором. С сахаром и жидкостью побыстрее оклемается. К тому же, пока было совершенно не ясно, когда Энди получится полноценно поесть в следующий раз.
— Да, — кивнул на ответный вопрос Маркус, опуская спинку кресла в полулежачее положение, да начиная забирать кровь. — Детишки. Пошли за периметр, а вернулись, когда тут уже началась эта крылатая вакханалия. Один решил вот прорваться до дома.
Забавные всё же у них были «отношения». После того раза, как Маркус впервые увидел, что во главе наёмников был известный ему Грант, эти двое ни разу не общались. Будучи выездным врачом, Маркус попадал к наёмникам на всякие вылазки — ездил вот недавно в сопровождении к экспедиции, когда Шестые устроили ловушку. Но именно с командиром не пересекался.
Да и если вдруг Энди потребовался бы доктор, Маркус был уверен, что он бы предпочёл другого хирурга. Не потому, что сомневался в навыках врача, просто… ну неприятен был ему этот крашеный педик. Однако, когда выбора не было, как сегодня вот, они преспокойно общались, не выказывая ни толики той самой неприязни.
И, будьте уверены, когда Энди оклемается после донорства и покинет стены больницы, они снова на несколько месяцев позабудут друг друга. До следующей вынужденной ситуации, когда у кого-то не будет выбора.
Собрав нужное количество крови, Маркус вручил командиру сладкие сытные батончики и чай, да и оставил его первым. Кровь ещё нужно было подготовить к переливанию, сейчас она была «грязной», так сказать. Даже не стал проговаривать стандартное врачебное «если что-то потребуется, зови». Знал, что Энди не позовёт.
Впрочем, через небольшое количество времени Маркус вернулся снова, теперь уже с Ричардом. В целом, Тревису было достаточно крови Энди, но лучше иметь запас, правда же? В конце концов, можно было выудить потом, если не пригодится, из крови плазму и заморозить. Так что Ричард подвергся тем же процедурам, и был оставлен с братом поедать свою порцию батончиков и горячего чая в картонном стаканчике.
— Сервис, мать его, — хмыкнул младший Грант мысли старшего вслух, но, как и Энди ранее, не отказался от такой «роскоши».

Джонни, на время освободившись от обязанностей таксиста, вернулся домой. Разумеется, сообщив Алексу, что если вдруг чего, пусть звонит.
Несмотря на поздние часы, его небольшое семейство не спало. Девчонки так и жались к отцу, сидя в полумраке гостиной — многие догадались погасить основной свет, чтобы не так сильно приманивать крылатых монстров.
Джонни буквально влетел в их дом, тут же резковато закрывая дверь. Возможно, девчонки и дремали, прижавшись к бокам отца с разных сторон, но Джонни пришлось отпугивать птерозавров громким сигналом джипа, так что он их точно разбудил. По крайней мере, когда он оказался дома, дети уже вовсю бежали к нему, теперь облепив его.
— Хе-ей, всё в порядке? — улыбнулся Джонни, обнимая девчонок и посматривая на мужа, поднявшегося с дивана не так шустро, как детвора.
Он рассказал, что знал. Главное, что с Дэни всё в порядке, его никто не тронул, Маркус его нашёл и, можно сказать, спас. Но так же и сказал, что один мальчик пострадал, и сейчас Маркус в больнице с ним, ну и вместе с Алексом, конечно.
К несчастью для семьи Лассенов-Фальконе Джонни не был эгоистичным засранцем. А ещё явно (с Майки заодно) осознавал степень риска для себя. Нет, его неизменно тормозили мысли о Терри и девочках (тут уж в отличие от Майки), но всё же.
— Надо проехаться по местности, — поглаживая девчонок, проговорил итальянец мужу.
Правда, распереживавшаяся Энджи отреагировала быстрее. Она только успокоилась, что папа, наконец, был рядом, живой и здоровый, а теперь снова решил уезжать в опасную наружу! Так что девчонка начала канючить.
— Ну-ну, стеллина, — поцеловал её в макушку Джонни. — Со мной всё будет хорошо, я тебе обещаю. Но вдруг кто-то ещё ранен и не может добраться до врачей…
Будучи военным, пусть и водителем, Джонни всё равно сперва обговорил данную идею с Тейлором. Он мог собрать других солдат, чтобы докинуть их до других джипов, и они устроили бы целый рейд. Или хотя бы довезли до больницы тех, кто сидел дома и не мог до оной добраться.
Так что через какое-то время на коммуникаторы поступило массовое оповещение, что если кому-то требуется медицинская помощь, пусть сообщают координаты, их заберут. Следом поступило и ещё одно предупреждение: о том свето-звуковом шоу, что планировали биологи, чтобы люди не испугались в конец.

Казалось бы, какой век стоял на дворе. Однако предрассудки по поводу гомосексуалистов всё равно продолжали возникать тут и там. Да, уже не в таком повальном количестве, и многие перестали, наконец, опасаться, что геи заразят их или их детей голубизной, но в Лету окончательно не канули, к сожалению.
Так что Грант, действительно, был ещё не самым противным гомофобом. Однако он был прав, Маркусу он так же не нравился. Не из-за непопулярных решений, это хирурга обычно не касалось, честно-то говоря. Да и жестоким Энди Маркус не считал, как и не боялся его. Просто Грант, во-первых, всегда был прям и довольно-таки честен. Он не считал нужным скрывать своё отношение к геям. Не скатывался в агрессивный негатив, но давал понять прямо.
Это Маркуса не трогало. Грант был не единственным гомофобом, которого он встречал на своём жизненном пути. Но зачем колоться и жрать кактус, когда можно было просто не пересекаться и не бесить друг друга?
Во-вторых, Грант всё же был достаточно солдатским солдатом. Маркусу попросту был не близок этот мир, их специфическая манера общения и юмора, да и мировоззрение. Так что, да, когда они встречались, они спокойно общались, не испытывая прямо какой-то ненависти один к другому, а потом расходились по другим, более близким людям своего круга.
Хотя над шуточкой про героизм, за который не платят, Маркус даже тихо посмеялся. Это и впрямь было забавно. Ну какие из наёмников неоплачиваемые герои?
— Я же говорил, кровь у тебя превосходная, грех не выпить, — хмыкнул в ответ Маркус попозже, когда уже заканчивал донорский забор.
Но всё же докторская стезя не позволила ограничиться юмором, так что мужчина добавил более серьёзно, пусть Энди это, скорее всего, и понимал:
— Ты просто ел давно и, видимо, недостаточно. Уже заканчиваю.
Маркус даже продемонстрировал Энди его пакетик. (Уж этот солдатик точно не боялся вида крови). Там было-то, по сути, чуть больше стандартного объёма кружки. От общего объёма крови Гранта, а это явно более четырёх литров, даже не четверть.
— С мишками бинтик хочешь? — невозмутимо поинтересовался Маркус после.
А что, у них были для детей разные. Что забавно, взрослые частенько ими пользовались, даже чаще, чем дети, честно говоря.
Ричарду вот такого не предлагали. Ну, младшего брата Гранта Маркус вообще толком не знал. Видел в больнице, да на территории Терра Новы пару раз. Даже о родстве этих двоих ему рассказал сплетник Майки, как-то Маркуса не тянуло даже в медицинскую карту Грантов заглядывать. Что он бы там нашёл?
— С четвёртой попытки, — честно посмеялся Ричард, усаживаясь в соседнее кресло. — Теперь у них целая коллекция крылатых парнишек.
Про избавление от этих пацанов Рико не знал, о чём так же честно и сказал. Он ушёл, едва девчонки сообщили, что самка была добыта.
— Они там и в самцах начали ковыряться чего-то.
Прервался Ричард ненадолго, когда замолчавший хирург на это время сунул ему в свободную руку бутылку с водой.
— Мало воды пьёшь, — кратко пояснил Маркус. — Плохо кровь идёт.
Вот от демонстрации своего пакета с густой тёмной кровью, Ричард едва заметно поморщился. Иголок он не боялся, но всё же было что-то совершенно неестественное в этих врачебных процедурах. Одно дело, когда кровь хлещет от ранения, и совсем другое, когда её вот так насильно собирают аккуратно в пакетик. Фу же.
— Как Джесс? — поинтересовался Ричард позднее, старательно жуя батончик и стараясь сконцентрироваться на брате и его ответах, а то голову тоже знатно повело.
В отличие от остальных (ну, наверное, ещё кроме Джеффри), младший Грант не испытал какого-то особого любопытства, когда узнал, что у Энди появилась девчонка. Он-то на правах родственника всё же знал о постоянных пассиях Энди. Не так чтобы они прямо обсуждали личную жизнь (вот тут как раз Энди был больше словоохотлив с Джеффри), но интересовались в общем и целом, как обстоят дела, как там партнёрши поживают и всё такое.

Джонни тем временем чуть посмеялся над вредностью мужа. Сколько бы лет ни прошло, его до сих пор удивляла и даже умиляла эта особенность быть совершенно разными людьми в обществе и дома. Многие ведь Терри считали таким спокойным, рассудительным, даже, наверное, строгим. А по факту скучно с ним никогда не было. Не такой уж он был и «ровный» в своих эмоциях, просто, наверное, окружающие за всей громкостью Джонни этого не замечали. (А последний что дома, что на улице был одинаковым. Придурком громогласным, да).
— Зато если разведёмся, ты особой разницы не заметишь, — посмеялся Джонни.
Он потянулся было за поцелуем к мужу, но получил от одной из дочерей, громко возмутившейся «папа!» на фразу про развод.
— Чёрт, всё время забываю, что вы уже понимаете многие взрослые шуточки, — посмеивался Джонни, заслуженно получая второй тычок, потому что вообще-то они уже были совершенно взрослые.
Всё же он поцеловал Терри, прежде чем звонить Тейлору и обсуждать с ним своё предложение по бронированным машинам скорой помощи.
— Попробуйте всё же поспать, — проговорил более серьёзно Джонни, хотя, понятное дело, больше это относилось к девчонкам. Вряд ли муж преспокойно уснёт поглубже дрёмы, пока его непутёвый партнёр не вернётся домой уже окончательно.
Предупредив, опять же по большей части детей, что сейчас пару раз выстрелит в воздух, Джонни выскочил на улицу, без особых проблем добираясь до машины. Специально же ставил её почти впритык, насколько это было возможно.
Он заехал сперва за откликнувшимися солдатами, кто собирался сесть за руль оставшихся военных джипов, и докинул парней до стоянки. Потом они разъехались по уже падающим на коммуникаторы координатам, по рации распределяя адреса между собой.
Было дано и другое указание, учитывая, что раненых оказалось не так уж и мало. Да, по факту многие ранения окажутся несущественными, и люди просто хотели некоторого спокойствия от врачей — всё же впервые их клевали какие-то непонятые ящеры. Но всё же наплыв в больницу был приличным.
— Уилли, — протянул по громкой связи Джонни, аккуратно выруливая на нужную улицу. — Поднимай свою бледную задницу. Ваше такси прибудет через минуту.
В общем, да, было принято собирать и всех врачей тоже. Майки и сам, не дожидаясь такого указания поехал с Маргарет в больницу, наконец, воссоединяя жену с мужем.
— О, отлично, — бодренько, наперекор своему внешнему виду, проговорил Маркус, когда заметил эту парочку в больнице. — Покорми своего очаровательного, когда всё это закончится. Нам нужно пополнить банк крови.
— Я не хочу, — моментально пробасил Уинфред.
— Терпи, солдат, — только и хмыкнул Маркус, убегая к следующему пациенту.
От упоминания солдатства Джеймс только ещё больше поморщился. Повезло же вот родиться с универсальной группой крови. На войне его постоянно дёргали. В какой-то момент ему казалось, что он больше в полевой хирургии сидел, чем воевал. И даже не из-за Майки. И тут оказалось, что на Терра Нове тоже очень быстро вдруг стало известно, что у него была первая отрицательная. Вот же незаменимый, блин.

Питаться можно было много, но недостаточно питательно. Одними углеводами сыт не будешь. Всё же у врачей на этот счёт было совсем другое мнение, нежели у простых людей. Но Энди ничего не сказал, а Маркус за просто так читать лекции не собирался. Вряд ли Гранту в ближайшее время вообще придётся снова быть донором. Конечно, у него была распространённая группа крови, но даже если кто ещё с такой же пострадает, не факт, что именно они с братом по остальным показателям окажутся ближе всего, как к Тревису.
На ответ же про бинт Маркус снова посмеялся под нос. И, да, забинтовал командиру сгиб локтя лентой с машинками, такая тоже была, а как же. С динозаврами ещё была, разумеется. Её очень любили оба брата ДиМарко.
Ричард же хохотнул на забавную фразу Энди про водичку. Она и без того прозвучала смешно, но зная семейный контекст, было ещё веселее. А, между прочим, фразочка эта тянулась с самого детства братьев, когда ещё Энди жил в их крохотной квартирке и родители были живы. Ричард как-то с детства не любил пить просто воду, вот мать за ним и носилась, постоянно попрекая этим и настаивая, что водичку пить надо, как бы она не воняла.
Разумеется, старший брат, тогда ещё подросток, регулярно дразнил младшего этой фразочкой. Да так и закрепилось с тех пор.
Про сковородку тоже прозвучало смешно, но всё же Ричард улыбнулся по другому поводу, когда слух зацепило одно из несколько необычных слов из уст Энди.
— Мы? — скосил он взгляд с той самой улыбкой.
Нет, судя по тому, что доносили до Ричарда, Джессика была девчонкой такой, боевой. Но всё же младший Грант разумно полагал, что справился с неожиданностью, испугавшей сестёр МакБрайд именно Энди, а это «мы» прозвучало несколько по иному поводу.
И, нет, Ричард не считал, что его старший брат эдакий сухарь в отношениях, ибо солдат, наёмник, командир и всё такое. Напротив, он хорошо знал, что это не так. Но просто не так часто, знаете ли, кто-то удостаивался этого «мы».
— Давненько у тебя не было этого «мы», — так и сказал Ричард, продолжая чуть улыбаться.
Но, честно говоря, даже чутка порадовался за брата. Почему бы и нет?
Сам Рико, конечно, похвастаться таким не мог. И не ждал, в общем-то, ответного интереса. Потому что как таковых отношений у него ещё не было. Было несколько девчонок, с которыми он просто весело проводил время. Да, в каждую он был немножечко влюблён, но даже сам не смог бы назвать это отношениями. Поэтому распыляться, как думалось Энди, ему было очень даже легко. Менялась только кровать, да и всё.
Когда оба отлежались, Ричард так же вместе с братом и отправился обратно. Что ему тут ещё делать в больнице? Чуть позже он отправится вместе с другими наёмниками отгонять крылатых от установщиков прожекторов, но пока просто провёл время с биологами, уже не пугая их своим плохим настроением.

Уинфред всё равно был не шибко доволен своей участью. Только ради бинтика с мишками и Майки согласился. Теперь вот сидел угрюмо в уголочке, водичку пил. Не готовился, рано ещё было, но чтобы не мешаться бегающим врачам.
Маркус успел в этой привычной уже как-то суматохе и партнёра своего подлатать, отмыв и наложив буквально пару стежков на лохматый затылок. И похихикал даже, шутливо угрожая выбрить Александру «озеро в лесу».
И визиту Уильяма очень даже обрадовался. По заявлению Маркуса, только ему он мог доверить штопать своё лицо. Извините, Майки был превосходным доктором. Но где военно-полевая хирургия, а где аккуратность? А по второй специализации Майки вообще был патологоанатомом, знаете ли, там тоже матрасные швы использовались. Вот юного Уильяма в институте надрочили, простите за французский, что надо.
Но немного поцапаться, пусть и шутливо, на этот счёт доктора тоже успели. Извините, у них за практику и не такие авралы случались. Что ж теперь, бегать со скорбными лицами и не шутить друг с другом? Да увольте. Смех тоже был защитной реакцией, иначе бы они тут все, включая самого молодого, седыми уже были от нервов.

Поспать в эту ночь не удалось почти никому. Гражданские по большей части с ног валились с рассветом. Врачи и военные, особенно профессиональные, а не местные, как-то особенно и не замечали усталости, пока работали. Даже с восходом солнца заведения не открывали, особенно школу, детей оставляли по домам. Для них эти крылатые твари несли больше всего угрозы, учитывая размеры тех и других.

Всё закончилось хорошо и, честно говоря, малыми потерями. Большинство ран, как и предполагалось, оказались несущественными, только натренировали врачей в наложении быстрых и аккуратных швов. (Хотя Маркус всё равно Майки не дался. Дождался, когда основной поток пациентов схлынет, да и направился к дружочку Уильяму). Погибший был только один. Жалко, конечно, но даже ввиду скромного населения Терра Новы, один — это очень мало. Так что цинично можно было сказать — повезло.
Джессика под утро просто заснула на столе, как и её сестра. Они просыпались от всей этой светомузыки и шума, но снова задремали, когда всё поутихло. А там и Энди вернулся, к счастью, даже не поклёванный птерозаврами. Джесс даже немного посмеялась по дороге до дома над рассказом о том, как Гранта вынудили погеройствовать и даже стать донором. Она оправдала это неизвестное для неё ещё «мы», проговорив слух что-то вроде:
— Ещё и бесплатно, обидно-то как, а?
Уйти из домика маленького семейства МакБрайд у Энди уже не получилось. Джессика заявила, что это уже не его миссия (и, да, за неё снова не заплатят), так что шуровал бы ты, командир, в кровать. Безудержного веселья Джесс в таком состоянии не обещала, но поспать им нужно было обоим. А вот уж как проснутся, там можно было банкет и продолжить.
Джеффри звонить было не нужно. Когда всё более-менее успокоилось, и он без зазрения совести смог оставить бабульку Дерека, он и сам пришёл в научный центр. Тоже ведь не спал всю ночь и беспокоился. И неужели он вот так просто скажет: «А, ну добралась до дома, вот и славненько»? Нет, конечно, тоже пошёл провожать.
Александр забрал, наконец, Дэни, и вместе с ним вернулся в больницу за Маркусом, застав забавную картину, как тот с Майки дрых сидя плечом к плечу. Видимо, в процедурной выдались свободные несколько минут, и врачей попросту отключило. Однако от открывающейся двери оба открыли глаза, как будто и не спали. Джеймс вот в своём уголочке так и не проснулся, попугивая храпом запоздалых пациентов.
Джонни тоже выключился, но только когда добрался до дома, стянул форму, да и нырнул в кучу своей семьи, тут же облепленный со всех сторон конечностями побольше и поменьше. Всё же какая у них огромная кровать была, за год не привык.
Биологи сделали своё дело, и на какое-то время потекла размеренная жизнь. Ну, для кого размеренная, а кто Джонни и Майки.
Поступило сообщение о новой травме за периметром, и эти двое встретились у машины. Они вот даже улыбались друг другу как-то по-особенному, как будто что-то заранее планировали. А вообще-то нет! И хоть за периметром уже были вооружённые солдаты, Джеймс одного Майки отпустить не мог. Извините, его то спиздят, то он сам на динозавра взгромоздится. А, как уже успел выяснить Уинфред, Джонни — самый плохой вариант для присмотра.
Уже по пути к месту происшествия поступил второй сигнал. К раненому принюхались какие-то хищные динозавры, осторожнее.
Следом ещё один. Рапторы окружали место происшествия. Солдаты короткими очередями отпугивали животных, но надо было как-то прорываться.
— Давай просто крышу откинем и ремень с тебя снимем. На кочке подскочим, пролетишь над этими рапторами, как пушечное ядро, — хохотнул Джонни по дороге.
Джеймс с переднего сидения только взгляд недовольный скосил. Вообще-то им бы придумать, что делать, а не шуточки шутить.
Но думать — это, знаете ли, по части вот этих мозговитых чуваков. У Джонни дело малое, ему сказали довезти доктора, он вёз. И вообще он просто планировал прорваться сквозь «окружение» рапторов на бронированном-то джипе. Все, конечно, в него не влезут, но хоть воняющего кровью раненого запихать к Майки на заднее сидение, остальные уж как-нибудь отстреляются. Перейдут на менее вонючее место.
Однако с наскоку прорваться сквозь рапторов не получилось. Стая оказалась достаточно большой, чтобы даже суетливо бегать по дороге, забавно (нет) щёлкая челюстями от обильного запаха крови, но опасаясь раздающихся очередей.
— Оп-па, — вильнул Джонни, чтобы не врезаться в одного из динозавров, которых было плоховато видно, серо-зелёных на фоне зелени-то. — Всё ещё голосую за кочку.
Он немного поблуждал по округе.
— Попробуйте разогнать их, сделав коридор для нас, — проговорил в рацию Джонни за неимением старших по рангу в самой машине.
Приключения только начинались.

Джонни вот хорошо знал, какие рапторы назойливые. Не зря с Алексом дружил, хоть тот и был ненастоящим итальянцем. А Джеймс ещё как-то не сталкивался, а посему и молчал — что-то никакая военная стратегия в голову не шла против древних рептилий. А животное поведение он знал крайне плохо. Вот и сжимал оружие на всякий случай, да готовился ко всякому, только всякое так и не наступало.
Солдаты истово пытались прострелять коридор для машины с врачом, но рапторы уже достаточно отбоялись. Они отбегали совсем на небольшое расстояние и тут же возвращались, пленённые пахучей добычей. Вот уж прав был Майки, вредные до ужаса. Особенно, когда их было достаточно много, чтобы не бояться горстки людей.
Джонни правда пытался прорваться ближе, но рапторы путались под колёсами. Один даже на крышу лихо запрыгнул, пробежавшись по ним, как будто так и надо. Благо рапторы — не слишком большие динозавры, даже пониже Майки росточком, так что бронированный джип не помял ни сколечко.
Громких сигналов машины динозавры тоже не пугались. Шарахались, но даже не так активно, как от автоматных очередей. Всё же не такой резкий напрягающий звук.
— Намертво окружили, черти, — с досадой проговорил Джонни, в очередной раз сдавая назад, чтобы за ними-то хотя бы не полезли, вскрывая машину, как консервную банку. Вон у них коготочки какие удобные для этого.
— Надо подмогу вызывать, — подал впервые голос Уинфред.
— Ага, пока ещё кто доедет, посмотрят на пир, — скептично отозвался Джонни, лихо выкручивая руль. — Ну что, рагацци, будем отвлекать на себя. Майки, ты приманка.
— Я тебя сейчас из машины выкину, — вежливо пробасил Джеймс, с ещё большим недовольством скосившись на водителя.
— Ну тогда и нас сожрут, — пожал плечами итальянец и повернулся на секунду на Майки, как будто не видя никакого смысла разговаривать с наёмником. — Нужна кровь.
И, словно не давая шанса передумать, Джонни нажал на кнопочку опускания стёкол. Рапторам был интересен джип, потому что он двигался, а хищники очень любили бегать за тем, что двигалось. Но если это не пахло съедобно, интерес быстро проходил. Надо было пахнуть хотя бы столько же вкусно, как раненый человек. И тогда по простой логике Джонни эти серо-зелёные парни предпочтут побегать за добычей, чем прорываться к тому, кто защищён страшными огненными громкими палками.
Попутно Джонни, как будто собираясь на развесёлую загородную прогулку, подрубил к колонкам джипа коммуникатор, да и врубил музыку погромче. Так, что даже рапторы сперва шарахнулись от электронных звуков, рванувших из колонок.
— Ты их на фестиваль, блядь, заманиваешь? — рявкнул Джеймс, попросту пытаясь перекричать музыку.
— Не, так помирать веселее, чем под ваши вопли! — отозвался итальянец.
На самом деле, конечно, Джонни просто был оптимистом. Он надеялся, что его план сработает, и динозавры побегут за ними. А музыка была прекрасным сигналом для тех, кто оставался с раненым — куда уводил рапторов Джонни, удалось ли уйти далеко. Если машина по звуку замрёт не так далеко, значит, хана, и лучше бы им бросать раненого товарища и тикать. Если звук будет удаляться, можно попытаться как-то с пользой это время провести. Поднять товарища повыше или ещё чего придумать интересного.

Джонни бы без проблем предложил и наёмнику себя порезать. Сидя в машине особо не постреляешь, к тому же они не убивали динозавров без крайней нужды. Но что-то итальянцу подсказывало, что Джеймс на такое не согласится. Или его придётся долго уговаривать, а времени у них сейчас особо не было.
Сам себя, увы, Джонни порезать бы не смог. Ему и впрямь нужны были сейчас две руки, иначе далеко не уедут. А Майки даже упрашивать не пришлось. Этому только скажи «приключение», и он тут же подставит жопу.
— Это уж как получится! — проговорил в ответ Джонни, в отличие от этих двоих особо и не напрягая голосовые связки.
И как-то нехорошо рассмеялся. Джеймс к этому моменту абсолютно точно уверился в том, что находится в машине как минимум с одним психическим. А, возможно, и с двумя, видя как бодро режет самого себя Майки. Впрочем, учитывая, что Джеймс на одном из них тут активно планировал жениться, возможно, он и сам был тем ещё психом. Хороша компашка.
Майки тем временем только подтвердил, что всё же отбитых на голову здесь было двое. Кто ещё, спрашивал себя Джеймс, мог высунуть окровавленную руку в окно, глядя на то, как за тобой несутся динозавры, и хохотать, слушая бодрую электронную музыку? То, что Джонни, выжимая из джипа всю доступную для бронированной техники манёвренность, подпевал по дороге и даже покачивал головой, как будто продолжал их везти на отдых, уже даже не удивляло.
Однако, несмотря на внешнюю расхлябанность, всё же Джонни был сейчас предельно собран и напряжён внутри. Он успевал и следить по зеркалам за рапторами, чтобы те не откусили Майки руку, но вместе с тем и не отстали от машины, и за дорогой, чтобы не вписаться в дерево, камень или дерьмо Василия.
Лекции Алекса итальянец слушал с интересом, но вот как-то конкретную скорость этих зверюг в голове не держал. Да и это же животные. Они могли ускоряться или тормозить, так что приходилось ориентироваться просто по поведению этих конкретных. И сперва приходилось жутко рисковать, потому что рвани Джонни с места слишком резко — рапторы моментально потеряют интерес. Хищники всегда прекрасно рассчитывали, стоит ли эта добыча столько усилий. У них вообще-то был недалеко лежащий раненый, к которому было проще вернуться, чем тратить кучу энергии на заведомо бесполезную погоню.
Так что пару раз челюсти динозавров щёлкнули ну очень близко к руке Майки. Оставалось только гадать, что в эти моменты чувствовал… Нет, не Майки, Уинфред. Кажется, он даже поседел немножечко больше за эти моменты. По крайней мере, сжимал оружие он так крепко, что побелели пальцы. Очень хотелось выстрелить в осмелевших зверюг, но стрелять назад через Майки — да у последнего бы барабанная перепонка бы лопнула.
— Никто не отстаём! Сдаём километраж по пересечённой местности, кто добежит до финиша, получит вкусный обед, — улыбался Джонни, чуть прибавляя скорости.
Кажется, идея вполне удалась. Рапторы бодрой и, кажется, неутомимой стайкой бежали за машиной, ловко прыгая по брёвнам и камням. Один снова попытался прыгнуть на крышу машины, но, к счастью, соскользнул по багажнику и грохнулся почти под колёса.
— Читер, — отреагировал на звук когтей по металлу Джонни.
И, когда они отвели динозавров подальше от места с раненым, итальянец начал бодро ускоряться. Можно было бросать хищников, делать крюк и возвращаться к тем, кто всё ещё нуждался в помощи Майки.
— Ну вот, а вы боялись, — хмыкнул Джонни.
И, правда, большая часть стаи сперва отстала, а потом и вовсе остановилась и потрусила по своим динозавровым делам. Но не все. Голодная и уже ужасно злобная троица явно молодых рапторов ускорилась вместе с машиной. Их, в целом, можно было понять. Им не дали поесть раненого, не дали откусить руку Майки, заставили бегать на голодный желудок, и теперь пытались улизнуть. Молодняк всегда плохо слушался старших и плохо рассчитывал свои силы, но последних было ещё до едрени фени. Так что даже Джонни удивился, когда в бок джипа ударил своей тушкой раптор (благо, Майки за ненадобностью уже руку засунул обратно и теперь активно бинтовался в трясущейся машине).
— Эй! — экспрессивно отреагировал итальянец. — А если я тебя толкну! Идите к своим уже!
Но по маленьким глазкам агрессивных созданий было как-то ясно, что эти сдохнут, но будут бежать до конца.