Мэттью, к слову, прекрасно знал о том, какое прошлое было у его мужа в плане романтических отношений. Обычно пары это не особенно обсуждают: что было, как говорится, то прошло. Но эти двое такой вопрос выяснили довольно быстро, ещё, кажется, до замужества.
Мэттью к моменту вступления в брак, несмотря на популярность и известные стереотипы про знаменитостей, не обладал богатым сексуальным опытом. Да и длительных отношений можно было по пальцам одной руки пересчитать (что, в целом, было не удивительно, ведь ему было всего двадцати три года). Так что Мэттью бы не хотел тратить своё время на человека, чей багаж прошлого не смог бы вынести. А он, несмотря на милейшую внешность и доброе сердце, всё же был ужасно ревнив.
К счастью, Николас вёл вполне себе обычную жизнь. Не менял партнёров, как перчатки, но и, понятное дело, не один лишь ветер его ласкал.
— Ты как-то не толерантен к парам с разницей в возрасте, — посмеялся Мэттью, внимательно глядя на эти загибающиеся пальцы. — Что значит «подходят по возрасту»? Может, кому-то из них тоже нужен мужчина постарше.
Самому Мэттью этого было не понять. Несмотря на то, что в их паре главненьким явно был Николас, он принимал решения, он защищал их маленькую семью и так далее, Мэттью каким-то «синдромом папочки» не страдал. Просто… Николас был его мужем, а Мэттью «за мужем». Логично же?
Ну а других причин, по которым люди начинали встречаться с теми, кто был гораздо старше них самих, Мэттью как-то не видел. Он же не был психологом.
— Вот Эмилю бы точно не помешал, — добавил он, посмеиваясь. — Может, заземлил бы его немного.
На предложение посмотреть на Чарли (как на какую-то диковинку) Мэттью легко и радостно согласился. Ну потому что сколько можно-то уже было всё только слушать про парня и даже не видеть его. Николас показывал фото из личного дела, но это было то же самое, что судить о человеке по паспорту. У Мэттью вот вообще фото было такое, что он был похож на какого-то лохматого домовёнка лет шестнадцати от силы.
— А когда у него смена? — поинтересовался Мэттью. — Чувствую себя паршивым сплетником, но так интересно теперь, как у них с Эмилем разговор прошёл…
И если кто-то думал, что на этой парочке плюс МакКинни обсуждения мужей закончились, то как бы не так. Досталось даже Джонни, про которого вспомнил Мэттью, когда они с мужем говорили про эти разницы в возрасте. А, знаете ли, они видели Эрика. И хоть тот и выглядел хорошо, было очень заметно, что речь шла даже не о десяти годах разницы. Так что срочно нужно было обсудить, как они вообще такие разные сошлись!
К счастью для остальных, до них очередь не дошла в ту ночь. Потому что парни дошли до своей каюты, а там нужно было принять душ. Разумеется, вместе. А когда ты со своим красивым мужем душ принимаешь, то как-то даже думать о других парочках не хочется.

Джеймс тем временем получил ещё одну наводку, с умным видом кивая и слушая самые яркие сплетни от Майки.
— И не отказывается же от этих ухаживаний! — шёпотом возмутился Уинфред и вынес свой вердикт: — Шаболда.
Он-то в отличие от Мэттью вовсе не считал сплетни чем-то ужасным. Если так уж подумать, то сплетни были его журналистским хлебом. Там что-то услышишь, тут кто-то что-то на хвосте принесёт, и вот ты накопал уже солидный материал. Так что как бы Джеймс со своими татуировками не выглядел, а языком почесать он был горазд хуже всякой бабы. (Сам так про себя и отзывался, ничуть не смущаясь этого).
Потом они всё же ушли. Кондиции многих присутствующих были уже такими, что каких-то новых интересностей не предвиделось. Это ещё пару бокалов назад можно было ожидать хоть бодрого мордобоя. Сейчас уже была кондиция ночных философских разговоров на кухне. Да и Джеймс был уже изрядно пьян.
Так что, исходя из последнего, да позднего часа, удивительно, но Майки оказался чуть ли не единственным, кто остался в эту ночь без секса. Ну, тут возраст уже был такой. Либо пить, либо трахаться. Вместе, как в студенчестве, уже не получится.
— Всё правильно, это чтобы ты никуда не сбежал без моего ведома, — подтвердил статус собственника Джеймс и в комнате.
Проболтали они совсем недолго. Так, перекинулись несколькими фразами, жопки помыли, да баиньки легли. И хотя Джеймс поначалу лёг благородно рядом, через каких-то полчаса, не просыпаясь, буквально нащупал Майки под боком и подгрёб его под себя, снова наваливаясь всей татуированной тушкой. А то вдруг тоже шаболда.

Эрика хоть и была девушкой, но волшебницей не была и в головах у этих мужиков, её окружавших, не копалась. Да, она видела симпатию. Ей и самой оба парня были симпатичны. Но кто там и что хотел? Упаси боги угадывать, вот честное слово. Наверное, в этом плане Эрика была не самой типичной девушкой.
Но это оказалось только на руку Дереку. Потому что Эрике банально понравилась эта простота и прямота безопасника. Когда тебе уже в лицо светит тридцатник, а на работе ты то и дело пытаешься угадать, у кого чего болит и почему не останавливается кровотечение, то в отношениях, даже таких лёгких, хочется не загадок и фокусов. А вот чего-то действительно простого.
Так что Эрика только улыбнулась этому краткому «приду», пришедшему в ответ с небольшой задержкой. Видимо, Дерек не успел ещё заснуть.
Через некоторое время раздался стук в дверь, и Эрика подошла, нажимая на кнопку открытия оной, впуская своего, так сказать, фаворита.
— Возможно, с утра я тебя побью, — предупредила девушка забавно.
Хотя бы потому это было забавно, что Дерек был, мягко говоря, побольше неё. Значительно так выше и шире. Так что угроза выходила уровня Моськи и слона.
Ну а дальше говорить обоим как-то не пришлось. Оба были взрослыми мальчиками-девочками, оба прекрасно знали зачем эти приглашения ночные были нужны. Так что Эрика обняла Дерека почти у самого порога, едва за ним закрылась дверь, да потянулась за первым поцелуем.
Дерек оказался и собой хорош, и в постели, так что девушка совершенно не пожалела, что пренебрегла сном и отдыхом. А потом не пожалела во второй раз. Хотя потом уже банально выключилась в каких-то непонятных переплетённых объятиях, так как полуторной кровати для них двоих (учитывая ширину Дерека) явно не хватало.
Ну и, буквально зацикливая вечериночную историю, утро началось с этого тихого вздоха от Эрики:
— Вот, блядь…
Вздох, правда, быстро сменился посмеиванием, потому что Дерек даже спросонья вспомнил ту ночную угрозу Эрики, так что прикрыл стратегически важное место подушкой. Голову, конечно. А вы о чём подумали?
— Засранец ты, конечно. Вскружил мне голову своими ямочками, — посмеялась Эрика, но по защитной подушке всё равно шлёпнула, чтобы не расслаблялся.

Мэттью тоже смотрел на отношения не слишком-то и сложно. Ему вообще, по сути, не было никакого дела до того, кто и как эти отношения строит. Если людям что-то нравилось и такой формат романтических дел их устраивал — их право. Лично себя Мэттью тоже не видел в других отношениях. Его не привлекали ни мужчины значительно старше него, ни уже и значительно младше. Но, возможно, это было потому, что его, в целом, никто кроме мужа не привлекал. Однако личные предпочтения ничуть не мешали обсуждать чужие.
— Вовсе нет, — с улыбкой возразил Мэттью на смеющееся заявление Николаса о том, что они сейчас сплетничали. — Сплетни — это про реальные события и новости. Вот выяснять как на самом деле поговорили Эмиль с Чарли по слухам и домыслам, это сплетни. А мы сейчас просто обсуждали и хаяли других людей. Мы крысы, Никки.
И сам же рассмеялся, потому что, конечно, в крысятничестве не было ничего более благородного, чем в сплетничестве. Возможно, это было даже хуже вот так за спиной оценивать предпочтения и личность другого человека. Но, с другой стороны, дальше них двоих это крысятничество и не пошло бы, так что…
— М-м-м, Эрик не выглядит как человек, который бы согласился с нами пообедать на пару, — продолжили свои семейные обсуждения Мэттью с Николасом. — Ему, наверное, будет скучно. Хотя с Джонни ведь ему не скучно. Ой, да проще спросить у Маркуса. Уверен, он с большим удовольствием обсудит их друга.
Оба уже знали о том, что Маркус (хоть и тоже так-то был постарше них лет на десять) был так же тем ещё любителем чужих драм и интриг. Он умудрялся даже насчёт Уильяма сплетничать с Николасом. И ведь Николас поддерживал, хоть это был его брат (что немного возмущало Мэттью: должны же были быть пределы в этих сплетнях!).
В общем и целом, эта парочка так же легла спать, но их утро было вовсе не таким примечательным, как у остальных.

Джеймс и впрямь просыпался очень тяжело. Он был из тех людей, которые вскакивали, как нечего делать, если им было надо. Например, если был назначен ранний долгожданный рейс или вроде того. Но если ничего критического не случится от лишних минут или даже часа сна, то Уинфред определённо предпочтёт сон.
Причём Джеймс не был такой уж «совой». Когда у него появился Фрэнки, такой биоритм был послан беспокойным ребёнком к чёртовой бабушке. Джеймс наоборот начал мечтать спать ночами или лечь пораньше. Но и «жаворонком» Уинфред не был. Он был медведем. Что по виду, что по храпу-рыку, что по биоритму. Дай ему волю, он бы спал днями и ночами, честное слово. Очень любил поспать. Почти так же, как Майки любил поесть.
А ещё, как и полагалось медведю, Уинфред очень долго раскачивался по утрам. Он постоянно ворчал, был всем недоволен, да и вообще окончательно просыпался только после душа, завтрака и вот этого всего, ритуального.
Вот и сейчас Джеймс прекрасно ощутил эти поглаживания и услышал слова Майки, но даже глазом не моргнул и ухом не повёл. Они же вчера так поздно легли. А ещё было выпито достаточно много. Так что утро казалось беспробудно ранним. И Джеймс тешил надежду, что если он не будет подавать признаков жизни, Майки и сам уснёт. Но прогадал.
Майки был истинным врачом. Он вскакивал уже бодрым и готовым кому-нибудь аппендикс на всякий случай вырезать, даже если спал всего пару часов. Это даже немного подбешивало. Но так, не всерьёз. Любя.
Да и как можно было долго беситься, когда Майки перешёл к запретным приёмчикам и начал его зацеловывать? Правильно, никак.
Джеймс всё равно поворчал для виду, чтобы не терять кондиции, но признаки жизни начал подавать. Правда, возможно, не те, что ожидал Майки, с которого внезапно стянули трусы, практически не открывая глаз.
— Ссать хочешь? — только и поинтересовался романтично Джеймс.
Вот как-то в процессе, становящемся всё бодрее, Уинфред и проснулся. А там уже и ворчать не хотелось, так что в душ ганстер направился вполне себе довольный этой жизнью и утром. От него, наверное, нехило разило перегаром, но… Вообще-то Майки был таким же небритым и помятым, так что и плевать.
— Так-так-так, — потёр руки уже полностью очнувшийся, побрившийся и голодный Джеймс. — Ну пойдём узнаем, кто там и как накуролесил за ночь.

Эрика же тоже весело смеялась над всеми этими немного дурашливыми реакциями Дерека. Хорошо же было, что этот парень соответствовал своей задорной улыбочке, а не должности. Простота и прямота — это, как уже было сказано, хорошо, но всё же не хотелось, чтобы парень оказался по-военному зашорен.
Конечно, никаких далекоидущих планов Эрика на Дерека не строила. Кто знал, может, им было просто нужно скинуть сексуальное напряжение, да и остановиться на этом. Но, согласитесь, приятнее проснуться в одной постели с адекватным человеком, а не просто с красивым, уж простите, куском мяса.
— Именно, — посмеиваясь, подтвердила девушка, ничуть не стесняясь этого хохота. — Просто противозаконная улыбка, я считаю.
После такого комплимента Дерек решил понежничать, да и Эрика вовсе не возражала. Хоть она и не имела ничего против партнёров на одну ночь, но это же не значило, что к этому партнёру нужно относиться равнодушно. Нет, Дерек нравился ей, просто нравился и всё. Так что она охотно поцеловала его ещё пару раз, да и тоже погладила обнажённое тело. Как будто только мужчины любят красивое.
— Уф, мне нужен кофе, — наконец, нехотя отвалилась от Дерека, насколько это позволяла кровать, девушка. — Желательно пол-литра.
Она поднялась, подбирая с пола вчерашний халат и накидывая его на плечи. Дерека по понятным причинам она уже не стеснялась, он как-то за ночь успел всё это увидеть, да и за утро. Мониторы, имитирующие окна, Эрика не закрывала на ночи, так что в комнате было уже очень даже светло. Но каюта оставалась всё ещё общей, хоть соседки Эрики не было на месте, и это не располагало к расхаживанию голышом.
— Не пойдёшь…? — почти вторя (только более корректно) Джеймсу, спросила Эрика, жестом указав на санузел.
Она явно провозится в душе куда дольше, чем мужчина. У него тут и вещей не было. Но мало ли человек поссать, действительно, хотел. Бежать что ли до своей каюты только вежливости ради?

Джеймс и Майки появились в столовой чуть ли не одними из первых. Смены более ранние уже ушли, кто-то ещё не вернулся, а те, кто сидел на вечеринке Майки ещё не оклемались. Так что журналист искренне похвалил партнёра за то, что тот так оперативно сработал. И встал своевременно, и умудрился растолкать его, медведя неповоротливого.
Они пошли за едой и кофе, и пока Джеймс мысленно и лицом охреневал от того, сколько еды грузит на поднос Майки, в столовую вошёл Дерек. Это заставило Майки оживиться, подталкивая в бок локтем своего гангстерского мужика.
— Сложно, — протянул Джеймс, махнув Дереку рукой в ответ. — С одной стороны, Дерек здесь, а этих двоих нет. С другой стороны, не с первой же ночи на бранчи ходить.
Уинфред немного посмотрел за Дереком, но ничего «подозрительного» в его поведении не заметил. Было и впрямь сложно. Для того, чтобы сделать даже такую шутливую ставку, было бы неплохо хоть немного разбираться в женщинах. Кто вот им больше по душе? Обаятельные и романтичные, как Марко, или надёжные и заботливые, как Дерек?
Увы, Джеймс в женщинах совершенно не разбирался, несмотря на свою внешность, так и притягивающую слабый пол.
— Не, она как-то не похожа на ту, что на такое бы пошла, — поморщился от «тройничка» Уинфред, скосив взгляд на Майки. — Ну, может, тут я ошибаюсь, но Дерек точно не стал бы.
Как-то Джеймс наивно полагал, что не в их возрасте такими глупостями заниматься. Это когда ещё только погружаешься в этот мир секса, было, может, интересно попробовать всякое. Ну, и не стоило исключать, что Уинфред и его собственничество были всегда против таких экспериментов. Так что маленький вредный червячок внутри так и подмывал спросить у Майки, участвовал ли он в подобной гадости. Но что-то ещё подсказывало, что Уинфред не захочет слышать его честный ответ. Так что промолчал на этот счёт.
— Была не была, поставлю на Марко, — решился в итоге Джеймс. — Она вчера смеялась над его шутками. Извините, но это важно.
Откровенно Уинфред судил по себе. Если бы парни были геями, он бы выбрал Марко. Не удивительно, правда? Ему как-то вот нравились обаятельные занозы, болтливые, стреляющие глазками, такие, немного шаболдошные. С таким не соскучиться. И вон, посмеяться можно было от души.
И, наверное, если бы речь шла о чём-то более серьёзном, чем секс после вечеринки, то Джеймс бы ещё подумал. Но вот так легко с кем-то уйти… И нужен был какой-то лёгкий человек. Не то чтобы Дерек был шибко сложным. Но в сравнении с Марко всё же проигрывал.
— О, смотри, Алекс, — теперь уже Джеймс подпихнул локтем партнёра. — Пойдём-ка перекинемся с ним парочкой слов. Он важный свидетель для журналистского расследования.
Майки был за любой кипиш, кроме голодовки (вот прямо буквально для него выражение придумали, ей-богу). И пока Дерек выбирал еду, их парочка лихо оказалась возле итальянца, видимо, ожидавшего своего мужа со смены.
— Сплетни любишь? — без прелюдии, но всё же пожав руку в знак приветствия, обратился к Алексу Джеймс. — Скажи-ка нам, как на духу. С кем вчера ушла в итоге Эрика?
Однако оказалось, что свидетель был не таким уж и важным. Алекс свернул к своим семейным каютам раньше, чем разошлась эта троица. Джеймсу только и оставалось посетовать на то, что у итальянцев, как оказалось, не было ментальной связи на всю диаспору. Но на всякий случай он спросил, не писал ли чего с утра ему кузен. Но и тут Алекс огорчил. Ни единого словца от Марко не поступало.
Кажется, их визит даже немного поставил Алекса в ступор. Ну не каждый день к тебе подходят, чтобы буквально выяснить, а не трахался ли с кем твой кузен намедни.
Парни отсели за свободный стол, чтобы не мешать супругам ДиМарко воссоединиться. Но, честно говоря, Джеймс только уверился в том, что его ставка сыграет. Может, Марко ничем не поделился с итальянскими собратьями, потому что ещё тупо спал после бурной ночи. Да и Дерек, когда подсел к ним, больно беззаботно спросил про прошедшую ночь.
— Да нет, ещё час, наверное. Дольше прощались с оставшимися, — хмыкнул Джеймс в ответ. — Такое чувство, что всё, больше за три года они Майки не увидят.

Эрика тем временем помылась, неторопливо собралась, что заняло у неё, понятное дело, больше времени, чем у Дерека с его армейским прошлым. Да и настоящим. Ну и пошла в столовую. А когда увидела, что Дерек сидит с небезызвестной парочкой, внезапно ощутила какую-то чуть ли не подростковую нервозность.
И вот вроде взрослая уже девушка. И ничего плохого не делала. А почему-то стало так неловко садиться за этот стол.
Причём Эрика даже не понимала почему. Она не стеснялась, не думала, что её будут осуждать, да и никогда не была той, кого легко можно было поставить в неловкое положение. Но, видимо, всё же она не была такой развязной, как тот же Майки, чтобы совсем не испытывать ничего эдакого после подобных ночей.
Однако всё это были глупости, так что, заказав реально двойную порцию кофе и набрав еды, Эрика направилась к этой троице.
— Позднее всех ушли, раньше всех пришли? — усмехнулась она основным двоим. — Или вы просто не уходили?
В целом, Эрика понимала, что пройдёт совсем немного времени, как Майки, по крайней мере, обо всём догадается. Во-первых, этот прохвост всё всегда подмечал. Во-вторых, Эрика не особенно-то и скрывалась. Было бы как-то странно и даже по-детски не обращать внимания на Дерека. Так что, да, и посматривала, и улыбалась. Ну а как не улыбаться, если вы провели вместе ночь, которая обоим очень понравилась?
Но первым всё же высказался Джеймс. Из-за его внешности все, кажется, забывали, чем зарабатывал себе на хлеб с маслом, этот татуированный бычок.
— Просрал я, Майки, — проговорил он и без обиняков пояснил: — Я на Марко ставил.